шатром золотистых клёнов. Недавно прошел дождь и в огромных лужах плавали опавшие пятипалые листья. Пахло прелой травой и сыростью, как в осеннем лесу.
— Идемте за мной, тут недалеко, - Елена закурила и, ловко лавируя меж луж, повела нас куда-то вглубь спального квартала. Мы прошли несколько старых пятиэтажек, отделенных от дороги широкими палисадниками с густыми кустами. Из распахнутого окна на третьем этаже доносилась ритмичная громкая музыка, слышались пьяные визги.
Когда тротуар расширился, позволив нам втроём идти в один ряд, Елена снова разговорилась:
— Вы не пугайтесь, райончик у нас хоть и мрачноватый, но очень спокойный. Я тут, правда, полгода всего живу, как квартиру разменяла, но мне нравится. Кстати, вот если сравнивать, я, когда была в Мьянме... ой, простите!
Провожатая виновато посмотрела на Таню и обе рассмеялись.
— Я смотрю, Мьянма произвела на тебя просто неизгладимое впечатление, - констатировала супруга.
— Ну да... это моя первая заграница. Так, стоп! Мы почти пришли. Подождите меня здесь, я сейчас за продуктами зайду, и двинем дальше.
Мы остановились у ярко освещенного крыльца небольшого минимаркета. Лена шустро нырнула в его дверь, но вышла назад довольно не скоро, с трудом волоча в обеих руках по большому пакету.
— Давай помогу, - шагнул я навстречу, - принимая из рук девушки, тяжелую, подозрительно звенящую стеклом, ношу.
— Мерси, - улыбнулась она в ответ, - а то дома совсем есть нечего.
— Есть? – иронично уточнил я, разглядывая свозь тонкий полиэтилен бутылки с вином, шампанским, и, кажется, даже коньяком.
— И пить тоже, - подтвердила Лена, - Я привыкла встречать гостей с размахом.
Свернув с тротуара, мы прошли каким-то совершенно темным двором со скрипящей на ветру детской качелей, и, наконец, достигли нужного подъезда. Не знаю, что там накупила наша новая знакомая, но ручки пакетов уже больно врезались в ладони. Темный фасад дома показался мне таким же обшарпанным и страшным, как и всё в этом районе, однако квартира Лены поразила порядком, чистотой и каким-то безграничным уютом. Казалось, что каждая вещь в этой квартире находится именно там, где положено, и никакого другого места для неё придумать было нельзя. Полы были сплошь устелены ворсистыми коврами, вдоль длинного коридора стояли три мягких пуфика. Очевидно, чтобы присаживаться и отдыхать во время долгого и трудного путешествия из кухни в спальную. Удивило то, что эти две комнаты, ванна, санузел и балкон составляли всю квартиру, которую Лена гордо именовала большой.
— Раздевайтесь, размещайтесь, осваивайтесь! – Лена, скинув кроссовки, потащила пакеты на кухню, - Я терпеть не могу, когда гости чего-то стесняются. Чувствуйте себя полностью, как дома! Не возбраняется пылесосить, протирать пыль, мыть посуду и менять лампочку в дальнем светильнике в спальной. А то мужчины у меня нет, сами понимаете. Кстати, запасная лампочка лежит в среднем ящике комода там же.
Таня засмеялась и легонько подтолкнула меня в спину:
— Иди, мужчина. Работай.
— Дим, ты что пьешь? – раздалось с кухни.
— Чай с лимоном, - крикнул я, оглядывая шикарную спальню с бархатными красными шторами и белым полупрозрачным балдахином над роскошной кроватью, - Завтра на работу!
— Какая работа? Завтра суббота! – вдруг обрадовала хозяйка неожиданной новостью, - Коньяк или вино? Есть еще пиво.
— Давай начнем с пива!
— Начнем? – иронично воскликнула Лена, - Это мне нравится! А закончим чем?
Я промолчал. За меня что-то ответила Таня, и девушки на кухне закатились дружным смехом. Вот так дела. Знакомы всего день, а ведут себя, как лучшие подруги. Впрочем, Татьяна всегда легко сходится с открытыми людьми, а для Елены, вообще, казалось, не существует никаких преград в общении.
Служебный долг.