мая сегодня. День пограничника! Про остров Даманский, слыхал?
— А как же! О нем все знают.
— Не все. Иная молодёжь забывать стала.
— Я в Приморье мотострелком срочную проходил. В двадцати километрах от Бикина.
— Вот дела! Можно сказать, сослуживца встретил! - обрадовался Захарыч. - Мотострелки нам тогда здорово помогли! Да и танкисты сто тридцать пятой прикрыли... Ты лично, ТАМ тоже был?
— Нет. По возрасту опоздал...
— Ясно. А я ещё и войну зацепил. Два ранения имею. Во, - откатил завхоз ворот байковой рубахи, - по касательной прошло...
Мужчины двух поколений, неспешно беседуя, пошли в сторону общежития.
Борис с почтением слушал ветерана пограничных войск и, между всем, вспоминал «подвиги» СВОЕЙ армейской жизни, которую, слава Богу, минули боевые негоразды.
«Каждому своё!» - оправдывал фривольность тех мыслей циничный Я.
«Не к месту они сейчас!» - возражал коллеге патриотично настроенный Петрович.
Читатель сам должен определить какую точку зрения он поддерживает. Не втягивайте в этот диспут автора, который излагает так, как было на самом деле. И не его вина, что судьбы поколений разнятся не только историей, но и страстями...
...
Как и предупреждал самоуверенную гордячку Борис Петрович, по непросохшей дороге левады «шестёрка» Люси Ковальчук к «Речной косе» не пробилась. Последние несколько километров областная комиссия проделала пешком, через лес, ориентируясь по подсказанной Большаковым просеке. Осмотр места выездного лагеря и обратный путь к машине был долгим. Несколько раз толкали авто напрягаясь не по-женски.
— Чего того бугая с собой не взяли? - сердилась, крепко сбитая девица среднего роста – третья участница «экспедиции». – Он бы эту железяку враз вытолкал!
Судя по очкам и скромному макияжу, эта представительница педагогической интеллигенции, не была в среде подруг лидером, но упиралась в корпус багажника так же отчаянно, как и пыхтевшая рядом Ксения.
— А то ты Люську не знаешь... - пыхтела Абрамовна, - Не нравится ей этот парень и всё! Эй, Люси, чего не газуешь? Давай! - покрикивала она в сторону водителя.
Сидевшая за рулём Ковальчук жала на педаль акселератора. «Бурлаки на Волге»» напрягались. Колёса отчаянно загребли. Разбрызгивали жижу. Брючные костюмы толкающих теряли шик.
Уставшие, голодные, забрызганные с головы до ног «девочки» въехали на территорию «Ястребка» после захода солнца. Оставили «уставшую» машину на попечение выпившего в законный день стражу государственной границы, приняли горячий душ и отправились ужинать в комнату Людмилы Сергеевны.
Две бутылки шампанского на троих развязали языки. И «путешественницы», быстро исчерпав избитую за этот долгий день тему «Косы» перешли к теме «о мужиках».
Это только при обычных, повседневных условиях холеные дамы чураются откровенничать о запретном. В узкой, проверенной подобными общениями компании, да ещё с подпитием, их стоит послушать...
Когда, после шампанского усугубили ещё и бутылочку «Амаретто» (Людмила едва не «забыла»), что стоял в глубине серванта, языки «алкоголичек» совершенно развязались.
— Девочки, знаете, о чём я жалею?
— Ну? Танюха, не тяни.
Третья пассажирка, которую не разглядел Борис Петрович при выезде, сидела в кресле хозяйки комнаты и глядела на перегруженную «бриллиантами» люстру на низком потолке.
— О том, что Люськин физрук не был с нами. И не сделал, что мы должны были сделать, как ответственная комиссия – промерить глубину лагуны. Представляете, как бы он выглядел выйдя из воды на фоне того замечательного пляжа!
Курортный роман. Крым. Томск. Таня.