«Ставь раком и еби «поэтессу», как обыкновенную суку, пока есть возможность...» - буркнул Я, который не ожидал от поварихи такого неординарного поведения.
— Чувствуешь, себя нормально? – спросил Борис Петрович, затихшую Зойку, всё ещё сидящую на нём. – Не жалеешь о случившемся?
— Нет. Всё когда-нибудь кончается. И скучная жизнь - тоже...
— Решила побыть блядью?
— Ага.
— Тогда продолжим на песочке. По-офицерски! Знаешь, как это?
— Неа, - ответила Зойка с бесшабашным задором.
— Научим, - пообещал Большаков, укладывая партнёршу спиной на её спортивный костюм и поднимая девичьи ножки себе на плечи...
Раскачивая эту послушную конструкцию разёбанной многостаночницы, Борис Петрович не забывал обучать постанывающую повариху премудростям блядского лексикона.
И как только покорная «ученица» себя при этом не называла, на какие только условия будущего разврата не соглашалась! Балдела от новых познаний житейских «премудростей».
А ещё умилялась насколько приятно быть сукой! Ебаться с настоящим мужиком, знающим как оглаживать буфера, крутит соски, покрывать доступные места поцелуями, дрючить тугое влагалище без устали.
«С Вами, Николай Иванович, такое и не дождалась бы!» - слала невидимые флюиды Зоя Александровна в сторону спящего в городе мужа.
Растворяясь в очередном оргазме, не сразу заметила, как снова оказалась по пояс в воде, а «клубничка» фаллоса раздвинула центр расслабленного сфинктера.
Только и успела боязливо воскликнуть: «Нет!», а физрук уже сбил её прерывистое дыхание, заколбасив, чуть ли не на половину свою дубину!
Даже Коленька не проник в девственное очко Зойки ни до замужества, ни после.. Видимо усердствовал слишком деликатно. А нужно было, оказывается, вот так - сразу!
В воде это получилось на удивление просто. Острая и, тут же - затухающая боль. Пауза внимательного партнёра. Новый толчок и вот – жопа гражданки Ковтун уже не целка!
Зоя Александровна даже пукнула, одарив светлеющуюся лагуну пузырями с характерным запахом. Всё получилось естественно и санитарно: тут тебе и клизма, и подмывание одновременно...
«И минет после такой «ванной» попробовать можно», - думала Зойка о том, что ещё не делала, но слышала от подружек, рассказывающих, как надо сосать мужские члены... А вспомнив, проявила инициативу. Попробовала, как это – мужицкая «кукурузина» за щекой? Оказалось – ничего страшного. Даже забавно. Как горячее эскимо.
«Вот уж, действительно, выходные не прошли даром!»
Это была удивительная, для вчерашней скромной труженицы советского общепита Зои Александровны мысль, и совершенно не справедливая по отношению к её рогатому мужу...
Старший физрук дрючил свою пляжную подругу во всех позах до самого рассвета. Уж очень охочая до ебли оказалась лагерная повариха. Да и наш герой не слабаком. Заполнил струями малафьи освоенные отверстия, но вафлить с проглотом не стал. Приберёг запас прочности на групповичок в палатке.
«В любви несвоевременность есть грех непоправимый» - одобрил решение сексуального труженика расчётливый Петрович. – Всему - своё время, мой шеф!»
Борику было не до «разговоров». «Парень», что называется, дорвался...
Третья же ипостась «планировала» будущее:
«С этой блядью будет чем заняться Сенечке, когда он приведёт на Косу первую партию пионеров. Надо лишь посоветовать обратить на неё внимание, шепнуть, что безотказная. Зойка «кудряшу» даст и у того появится интерес к походам... А у патрона - дополнительное время для освоения его жены, Томочки.»
****
Тем временем утро набирало силу. Лучи первого июньского солнца коснулись земли, покрыли траву и листья тонким слоем позолоты. Над гладью реки появилось зыбкое покрывало туманного испарения. Где-то в глубине леса запоздало ухнула ночная птица. Ударила хвостом, кинувшаяся за мальком большая рыбина. Хороши и привольно в рассветные часы у неспешной реки. Истинно - райские минуты для любителей рыбной ловли и полудрёмы неспешных размышлений...
Году эдак в 95