вон тот мистер Жеребец, — она ткнула большим пальцем в сторону Джейми, — тоже что-нибудь надел. Хотя, зная его, я представляю, что это будут стринги!
— Только одно, — добавил Джейми. — Мы все равно будем плавать голыми — Барби и я — я имею в виду. Это просто чертовски приятно делать это без костюма. Надеюсь, тебе будет удобно присоединиться к нам, но как хочешь. Но я обещаю, что мы наденем костюмы, когда будем на борту, хорошо?
Мы с Ириной посмотрели друг на друга и неохотно согласились.
****************
Итак, мы с Ириной, по нашему настоянию, избежали недели полной наготы на яхте, с самой сексуальной парой в мире. Но не намного — низ бикини Барби, был не больше пары кружевных трусиков, а Джейми действительно провел неделю в стрингах, которые не более чем прикрывали его член и яйца, с тонкой веревочкой сзади, которая оставляла его задницу полностью обнаженной.
Низ бикини Ирины был немного скромнее, но все равно оставлял на обозрение мне и Джейми, большую часть ее великолепного тела. Я был самым консервативным, так как не взял с собой маленьких трусов, и Барби с удовольствием дразнила меня, за мои мешковатые плавки.
В течение недели, наша почти обнаженная нагота, казалась естественной и удобной, а вовсе не сексуальной. Солнце и морской бриз чувствовали себя прекрасно, особенно в начале или конце дня, когда было не так жарко. Мы с Ириной чувствовали себя свободными, расслабленными и прекрасно проводили время, ели, разговаривали, иногда читали и принимали роскошные послеобеденные сиесты, которые почти всегда включали продолжительные занятия любовью. Секс после обеда, на тихой покачивающейся лодке, со светом, проникающим через иллюминатор — что может быть лучше этого?
Все четверо плавали голыми, причем мы с Ириной, незаметно сняли свои костюмы в последний момент, перед тем как нырнуть; и это было восхитительно. Мы чувствовали себя так свободно под освежающей водой, а Джейми и Барби всегда были осторожны, чтобы не дразнить нас и не делать ничего сексуального рядом с нами.
Но в некоторых случаях, сексуальная сторона проявлялась, в основном потому, что Джейми всегда флиртовал, всегда дразнил. Лосьон для загара, был необходим под опасным солнцем Эгейского моря, и он всегда старался устроить так, чтобы я мазал Барби лосьоном, пока он занимался Ириной.
Поглаживать гладкие изгибы Барби, конечно, не составляло для меня никакого труда, и я не буду отрицать, что меня это возбуждало, особенно когда она удовлетворенно вздыхала или говорила мне, как это приятно. Но я соблюдал определенную степень приличия — я никогда не просовывал пальцы под ее костюм, а когда она перевернулась, чтобы позволить мне заняться ее передом, я настоял, чтобы она сама занялась своей грудью.
— Все испортил! — сказала она, дразня меня (я думаю), когда взяла лосьон и смазала эти прекрасные сиськи.
Когда пришла ее очередь заниматься мной, она была такой же дразнилкой — ее руки, по большей части, оставались вне моего костюма, но не без того, чтобы, время от времени, шарить пальцем по моему бедру, чтобы подтолкнуть мой твердый член (как я мог удержаться от этого) или погладить мои яйца.
Но Джейми был более откровенен с Ириной. Он чувственно натирал ее лосьоном, наклоняясь к ее уху, чтобы прошептать, какая она красивая и сексуальная. Он бы с удовольствием просунул руки, прямо под низ ее бикини, чтобы поласкать ее попку и киску, или погладить ее прекрасную грудь, под видом лосьона, если бы она не останавливала его.
Одним из приятных результатов всех этих игр было то, что Ирина возбуждалась каждое утро. В некоторые дни, мы едва успевали отложить
Долгожданная встреча