Другая вещь, которая произошла, немного более медленно, это то, что я влюбился в нее. Ирина была центральной частью моего детства — моей лучшей подругой, человеком, с которым я делал все и рассказывал все секреты. За эти годы, у нас появилось много доверия, даже если оно внезапно оборвалось, когда она уехала в 14 лет.
Теперь, наблюдая, как она прокладывает свой путь в мире, который боялся и сторонился ее, видя ее смелость и решительность каждый день, живя с ее постоянной добротой и щедростью по отношению ко мне, ее милым и оптимистичным характером — я действительно начал любить ее. Я начал понимать, что она — та женщина, которая мне нужна, и я хочу провести с ней всю свою жизнь.
Естественно, я не осознавал этих чувств, потому что предполагал, что именно это, я буду делать в любом случае. У нас был ребенок, и мы останемся вместе, чтобы вырастить его; возможно, у нас будет еще ребенок, я думаю, хотя мы никогда об этом не говорили.
Так что, все то лето — упаковка вещей и переезд в Мэдисон, обустройство нашего нового дома, я начал работать, Ирина начала занятия в Висконсине — мы жили как муж и жена, и незаметно становились ближе, наши отношения и доверие друг к другу углублялись.
Наша сексуальная жизнь тоже изменилась, хотя и не в постоянном темпе. Ирина всегда была готова удовлетворить меня, когда я хотел ее — что поначалу, происходило практически каждую ночь. Но иногда казалось, что она делает это потому, что обязана мне, или просто потому, что так поступает хорошая жена со своим мужем.
Я не хочу сказать, что она скучно лежала — вовсе нет. Казалось, она всегда наслаждалась этим, а иногда она становилась энергичной и нетерпеливой, тяжело дышала, стонала, тянулась ко мне, приближаясь к оргазму. Естественно, такие моменты были самыми веселыми.
Но примерно через месяц или два, Ирина стала иногда брать инициативу в постели на себя. Она приходила домой с журналом Cosmo и, хихикая, спрашивала меня, можем ли мы попробовать что-нибудь из того, о чем она читала: новую позу, гарантирующую космические оргазмы, или длительный массаж по очереди.
Мне это нравилось, прежде всего потому, что партнер, который желает тебя, — это самое большое возбуждение, которое только может быть. И я уверен, что частью нашей счастливой сексуальной жизни было доверие, которое мы испытывали — возможно, даже большее, чем большинство молодоженов — доверие, которое возникло благодаря тому, что мы провели годы вместе, как лучшие друзья.
Однажды субботним утром, я принес две чашки кофе в постель, и мы некоторое время играли, целуясь и поглаживая друг друга, доводя себя до возбуждения. Затем я поднял ее на руки и колени, встал позади нее на краю кровати и вошел в нее по-собачьи.
Нам обоим это нравилось; вообще-то я думаю, что одной из причин, почему Ирине это нравилось, было то, что она все еще стеснялась своего лица, хотя меня это больше не беспокоило, и чувствовала себя более расслабленной, когда я ее не видел. Кроме того, конечно, к августу она была на шестом месяце беременности, и для нее это была удобная поза, когда ее набухающий живот, опирался на подушку или две.
Обычно, когда мы трахались по-собачьи, она держалась довольно спокойно, позволяя мне входить в нее, держа ее за бедра. Но в этот раз, я двигался медленно и постоянно останавливался, заставляя ее делать больше работы, насаживаясь на мой член. Я начал дразнить ее, понемногу отступая от кровати, чтобы она могла достать до меня своей задницей.
Рент