была сражаться за новое для себя явление, за возможность заниматься сексом и это разрешение должно быть получено сейчас, при первой же возможности.
— Я еще раз спрашиваю, что ты делала на чердаке голая? – Мужчина вложил в слова весь свой гнев.
— Трахалась! Да, трахалась с Русланом! И ты мне никогда этого не запретишь! Хоть бей меня, хоть не бей, я буду это делать, когда захочу.
Наступила неловкая тишина, Аня переглянулась с мужем и сочувственно взглянула на распутную дочь. Отец слегка прищурил глаза, поднял руку и грозно поманил пальчиком. Он сдвинулся вместе со стулом назад и, когда подросшая дочь покорно подошла, уложил ее животом на своих коленях.
— Это тебе за неуважение к родителям! – Отец отвесил звонкий шлепок по мясистой Олиной заднице.
— Это тебе за распутство! – Шлепок.
— Это тебе за вранье!
Когда экзекуция закончилась, Оля не стала возвращать трусики ни раскрасневшие ягодицы, она неуклюже прошла по кухне, бросила на мать исполненный достоинства взгляд и направилась в свою комнату, чтобы найти утешение в слезах.
Два яичка для золушки (Главы 1 - 4)