я, ты бы откликался на каждую душещипательную историю и чрезвычайную ситуацию, которую тебе подсовывают, и никогда бы не смог выдержать график и выполнить контракты в срок", - рассмеялась я.
Я не мог поверить! Я смеялась впервые за неделю. Я выбрала свой курс, к лучшему или худшему, и почувствовала облегчение. Оставалось только придерживаться его.
"Значит, ты думаешь, что я какой-то придурок, который позволит тебе отвести меня в чистку или, что еще хуже, сам отведет себя в чистку, Элли?" - спросил Тед.
"Даже близко нет, Тед. Я думаю, ты любишь меня так, как ни один мужчина еще не любил женщину, и я собираюсь вернуть тебе эту преданность в десятикратном размере. Я совершила ужасную ошибку, но это человеческое. Мы, люди, делаем это, но, надеюсь, мы учимся на своих ошибках. Я говорю тебе прямо здесь и сейчас, что ты - единственный мужчина, которого я когда-либо любила, и единственный мужчина, с которым я буду вместе с этого момента", - заявила я.
"Я припоминаю такие слова, прозвучавшие на нашей свадьбе, Элли. Потом ты ушла к любовнику, как только он вернулся в город. Обещать легко. Выполнить трудно, как ты уже выяснила", - подначил Тед.
"Да, я выяснила, Тед. Я ожидала, что ты так думаешь. Это логично, а ты очень логичный человек. Слова, которые я скажу сегодня вечером, ничего не докажут и не изменят твоего представления обо мне. Тем не менее, я не уйду и ни в коем случае не буду сотрудничать при разводе. Я собираюсь любить тебя и лелеять всеми возможными способами и хочу убедить тебя, что я - женщина для тебя, наилучшая женщина для тебя. Легко сказать, я знаю. Это тот случай, когда я буду бороться за то, чего я хочу, и за то, что, по моему мнению, лучше для тебя, а не только для меня. Ни одна женщина никогда не будет любить тебя так, как я люблю сейчас и буду любить в будущем", - добавила я.
Тед был в полном замешательстве. Я видела это по его глазам. Он ожидал, что я либо соглашусь на его условия развода, либо выдвину свои собственные. Он никогда не думал о том, что я откажусь от развода. Это поставило его в положение, когда ему пришлось бы подавать в суд на развод и объяснять причины. Я сделала ставку и молилась, что его чувства к дочерям, их бабушке и дедушке, если не ко мне, заставят его некоторое время размышлять над этим решением. Это был мой единственный шанс.
"Теперь иди в кровать, и я помогу тебе снять эту одежду. Доктор был очень серьезен, когда сказал, что тебе нужно быть очень осторожным с твоей рукой в течение нескольких недель", - скомандовала я Теду.
Он смотрел на меня целую минуту, затем встал и пошел в спальню. Я улыбнулась про себя, наблюдая за его полным замешательством.
Я бы хотела сказать, что следующие несколько недель были легкими, но это было не так. Тед оставался отстраненным, а у меня были дни страха и даже отчаяния. Единственное, чего я не делала, - это не сдавалась. Проходили дни, а Тед так и не сказал, что он решил, если вообще что-то решил, по поводу развода. Я храбрилась, но до смерти боялась, что Тед наконец-то примет решение. Я словно ждала, что вот-вот упадет другой ботинок.
Отец МакКензи стал заходить к нам домой по вечерам в среду. В первую среду он поболтал с девочками несколько минут, а затем мы с ним вышли на кухню для быстрого совещания. Он делал все возможное, чтобы поддержать
Впервый раз