в этой игре принимал Джимми, что он, по сути, был вовлечен, был действующим лицом, а не просто защитником.
После отстранения фирмы О'Рейли от защиты Самуэля Гила общественность или, по крайней мере, ее обвинители вздохнули с облегчением. Нечестивый защитник был устранен. Улики из мусорного ведра убийцы должны были поступить в суд, и ему придется сдать свою ДНК. Не было упомянуто о безуспешных попытках полиции собрать ДНК Гила с выброшенных вещей, которые оказались безуспешными только потому, что не было найдено ни одного совпадения.
Кэрри Уилсон с ревностью следила за общественным протестом против своего бывшего любовника. Эта рыба действительно воняла, но почему, было не совсем понятно. Джимми О'Рейли слишком проницателен, чтобы так легко попасться на удочку. Что-то действительно воняло.
Но Энтони Греко беспокоило другое.
– Этот парень все еще является специальным прокурором в деле о той коррекции? – спросил Тони, ворвавшись в ее кабинет со своей копией последней редакционной статьи об адвокатах.
– На самом деле, у меня в корзине лежит окончательный отчет Джимми О'Рейли. Дело специального адвоката закрыто и уложилось в бюджетную смету, – ответила Кэрри.
– Хорошо, губернатору нужна дистанция от этого отброса защиты. Ты знаешь, что он был их учителем? Я думал, что это – только тот маленький говнюк Фицджеральд, но похоже, у губернатора в учениках был и О'Рейли, – пробурчал Тони, садясь в кресло.
Кэрри была прекрасно осведомлена о профессорских отношениях губернатора с адвокатами, о которых шла речь. Губернатор хвастался этим перед всеми, кто его слушал. В частности, он гордился тем, что тренировал Фокси Фицджеральд в инсценировках судебных процессов. Неприязнь Тони к Фицджеральду была столь же очевидна. Это была неприязнь другого мужчины к мужу любовницы. Она ждала, когда Тони займется своими делами, но он по-прежнему неподвижно сидел в ее кабинете.
– Есть что-то еще? – спросила она.
– Ну, собственно говоря, я хотел бы узнать твое мнение, – сказал он. Но затем сделал паузу.
Она ждала, что он продолжит, но наступила неловкая тишина, прежде чем он продолжил:
– Я собираюсь пригласить Сьюзен на губернаторский бал в особняк, – сказал он.
– Имеешь в виду миссис Фицджеральд?
– Она носит фамилию Синглтон, и надеюсь, скоро станет миссис Энтони Греко.
– Понятно, она разводится с мужем? – спросила Кэрри, ничего не слышавшая об этом ранее.
– Мы этого не обсуждали, но предполагаю, что да, как только я попрошу ее выйти за меня замуж.
– Подожди, что ты мне говоришь? Хочешь сказать, что намерен сделать предложение женщине, которая все еще состоит в отношениях со своим мужем?
Тони начинал раздражаться. По его мнению, ни одна женщина не захочет Фокси Фицджеральда вместо него.
– Я знаю Сьюзен, и ей нужен настоящий мужчина. Тот, кто может сделать ее счастливой. Как только она увидит, что я настроен серьезно...
– А если она не станет?.. Серьезной, то есть?
– Тогда она станет серьезной, когда поймет, что у нас есть будущее, – возразил Тони.
– Ну, если ты все решил, то в чем вопрос? – спросила Кэрри.
– Как думаешь, насколько серьезным событием будет, если я приведу ее на губернаторский бал без мужа?
– Да, конечно, нельзя же просить ее выйти за тебя замуж, когда рядом стоит ее муж, – сказала Кэрри, обдумывая возможные последствия.
– Губернатор только что нанял ее в качестве своего консультанта по связям с общественностью. Будет не очень хорошо, если она сразу же окажется замешанной в скандале, – сказал Тони.
– Нет, но эта дама занимается пиаром. Уверена, она сможет придумать убедительную причину отсутствия мужа, и, чтобы не задеть твое самолюбие, ни она, ни ты не являетесь звездами бала.
На хирургической операции