наверх, Оливия помогала мне удерживать их головы над водой.
— Эй! — позвал я в темноту.
Прислушавшись, я услышала только шум моря вокруг нас.
— Помогите! Кто-нибудь! — позвала Оливия.
Когда ответа не последовало, я сделал гребок ногами и подтянулся на трап, ставший импровизированным плотом. Пыхтя и чертыхаясь, я вытащил сестру и маму, которые уже кашляли и начали приходить в себя, чему я был несказанно рад.
На нашем "корабле" я осмотрел каждого из нас, быстро проверяя, нет ли ран. Несколько неприятных синяков уже почернели и побагровели, а Миа, похоже, сломала лодыжку, когда нас вырвало из самолета. К счастью, порез на маминой голове был незначительным и не требовал наложения швов.
— Джейсон, — спросила мама, ее глаза только начали фокусироваться, пока я проверял ее порез, — что случилось?
— Самолет разбился, — сказал я, — я не знаю почему, но мы в океане, где-то ближе к Бали, чем к Калифорнии, это почти все, что я знаю.
— Джейсон спас нас всех, — сказала Оливия, прижавши колени к себе и дрожа, — все остальные мертвы....
— Мы этого не знаем, — сказал я, снова придвигаясь к Мие.
У нее была большая шишка на лбу, а ее глаза закатились, когда я проверял в первый раз, теперь я слушал ее дыхание и сердцебиение, с радостью обнаружив, что оно стабильное и ритмичное. Когда я измерял ее пульс, она застонала и слегка перевернулась на бок, а затем ее вырвало потоком морской воды, которая расплескалась по поверхности плота.
Мама была рядом с нами через секунду, поглаживая спину Мии, пока ту рвало. Я стоял на шаткой надувной поверхности и оглядывался вокруг, напрягая глаза, чтобы что либо увидеть в темноте. Я смог различить обломки, плавающие вокруг нас, но не увидел других выживших. Я снова позвал их, заставив Мию застонать и схватиться за голову, но снова не услышал ответа.
— Нам нужно найти пресную воду, — сказал я, — и, надеюсь, какое-нибудь укрытие, хотя я понятия не имею, как это сделать.
— Расслабься, Джейсон, — сказала мама, похлопывая по резине рядом с собой, — иди сюда и отдохни, сейчас мы ничего не можем сделать. Нам придется подождать, пока солнце не начнет подниматься, и не станет светло. Присядь... пожалуйста.
Я колебался, зная, что эти моменты были критическими, но также зная, что она была права. Мы ничего не могли сделать, пока не будет светло. Было бы слишком опасно пытаться искать что-либо в воде, не зная, что там может быть, в окружении бьющихся волн и обломков. Поэтому я сел рядом с ней, и как только моя задница коснулась резины, я почувствовал, что мои конечности дрожат, а всё тело трясется, так как шок полностью прошел.
Мы, вчетвером, прижались друг к другу, мокрые, холодные и несчастные. Казалось, прошла целая вечность, но в конце концов небо начало светлеть, и, наконец, мы смогли разглядеть море вокруг нас. Плавающих обломков было на удивление мало. Несколько больших контейнеров для багажа плавало вокруг нас, и я увидел большие короба с вакуумной упаковкой, плавающие на некотором расстоянии. Течение медленно вытягивало все в линию, и я видел, что наш плот плыл гораздо быстрее, чем большинство других предметов, так как легкий бриз тянул нас за собой.
— Нам нужно найти там воду и еду, — сказал я, мои зубы все еще стучали от холода.
— Подожди, пока немного потеплеет, — сказала Оливия, дрожа рядом со мной.
Я не давал спать маме и Мии, беспокоясь о том, не было ли у них сотрясении мозга, и обе они выглядели еще хуже, чем мы
Нимфо? 1. Прелюдия...