разговоров об этом. Я хочу, чтобы ты выполнила домашнее задание, которое я тебе задал, а также написала письмо о своих целях: почему ты хочешь быть учителем и почему истории?" – Я добавил: - Не беспокойся сейчас ни о чем другом. Это просто запутывает проблемы, сосредоточься на том, что ты хочешь сделать и почему, не думай о том, как это сделать".
Выглядя смущенной, Беверли ответила: "Хорошо, мистер Рид. Отдать ли Вам информацию обратно вам?"
"Хватит этого мистера Рида! Школа закончилась, теперь ты взрослая, тебе исполнилось 18, и ты можешь называть меня Джеймс. Как я уже говорил, с тобой будет работать парень. Позвони ему позже, когда все будет готово. Его зовут Марк Брэкстон, вот его визитка. Как я уже сказал, он всегда должен быть профессионалом в работе с тобой. Если он не будет таким, сразу же звони мне... вот моя визитка".
С этими словами я пожал ей руку и проводил до двери.
План
Когда я думал о нашем разговоре, мне пришло в голову, что школа, в которую я ходил, может быть лучше, чем те, о которых мы говорили. Там была отличная программа по истории, со степенями вплоть до докторской степени. Я учился в Университете Западного Мичигана (WMU - Western Michigan University) в Каламазу для получения степени магистра и подружился с одним из его профессоров, Элом Трентом.
Эл был веселым парнем, с густой бородой, блестящим умом, и история была его жизнью. Он все еще преподавал в аспирантуре исторического факультета WMU. У Эла были жена 30 лет и четыре дочери в возрасте от 18 до 28 лет. Эл был одним из немногих людей, которые знали о моем богатстве и о том, как оно пришло ко мне. Поразмыслив над этим еще несколько минут, я понял, что хочу сделать.
Я позвонил Элу и сказал ему, что я хочу сделать с Беверли. Я навел справки о прошлом Беверли и узнал, как тяжело ей приходилось в детстве. Я передал часть этой информации Элу и, не вдаваясь в подробности, рассказал, какое впечатление произвели на меня ее страсть к изучению истории и желание преподавать, и, что, я захотел ей помочь.
В то же время я сказал Алу, что хочу потратить часть своих денег на что-то полезное (не говоря уже о том, что пожертвование денег привело бы моих финансовых менеджеров в восторг!).
"Эл, я буду откровенен с тобой, я знаю, что уже поздно для процесса приема, но я думаю, мы можем что-нибудь придумать.
Что я предлагаю, так это профинансировать две профессорские должности, одну в бакалавриате и одну в аспирантуре по истории в WMU. Я также введу пять стипендий для новых учителей истории в Западном Мичигане. Если они будут преподавать в средней школе в Западном Мичигане, я также буду выплачивать им стипендию в размере 20 000 долларов каждый год в течение пяти лет".
"Наконец, я профинансирую двух стажеров на историческом факультете - одного выпускника и одного старшекурсника. Я не хочу использовать одну из стипендий для Беверли, но я хочу, чтобы ей дали одну из стажировок без объяснения ей того, как она ее получила. Я думаю, что важно, чтобы она зарабатывала деньги самостоятельно, чтобы повысить свое чувство собственного достоинства. Как ты думаешь, у нас все получится?"
"Джеймс, это будет нелегко, но давай попробуем. Учреждение стипендий и финансирование профессорско-преподавательского состава потребует времени; я предлагаю тебе также внести довольно значительное, немедленное неквалифицированное пожертвование школе. Это будет свидетельствовать о добрых намерениях, пока мы все решаем.
Вот еще одно предложение, учитывая то, что ты рассказал мне об этой молодой леди,
Педпрактика