— Еду, - согласилась Лена и ткнула меня локтем. – Мой папка, сегодня охраняет. Заодно с ним познакомишься.
— Я... не... - к такому повороту, я точно был не готов.
Все расхохотались.
— Не боись, братан! – Толик даже по плечу меня похлопал. – Там три корпуса, и сотни номеров. Вам ещё искать друг друга, придётся.
— Пансионат, ещё советских времён, - спокойно пояснила Лена. – Сейчас пустует. Места там, действительно хватает.
Мы, ещё какое-то время болтали, но стало заметно, что Толика с Наташей, начинает напрягать такая большая компания.
— Ладно, езжайте на вашу полянку, - внезапно заявила Лена, схватила меня за руку, и буквально вытащила из столовой... ресторана...
— Пока! – едва успел выкрикнуть я, взмахнув рукой.
Вряд ли, меня услышали. Обручившаяся парочка, опять целовалась.
Мы подошли к потёртой белой девятке.
— Самое смешное, что я это местечко нашла. Сейчас, мой бывший жених, будет ебать там мою подругу, - сказала Лена усаживаясь в машину. – Э, нет! Тебе, на заднее сиденье. Будешь, контрабандным грузом.
Быть грузом, мне не хотелось. Спасибо брату, завёз в незнакомый город, оставил с незнакомой девушкой, которая повезёт меня в незнакомое место. Как же, предупреждения Яны, не оставаться наедине с местными девушками? Ехали мы через глухой лес, по прекрасной асфальтированной дороге. У нас в городе, дороги похуже бывают...
— Что притих? Боишься?
— Судя по состоянию дороги, ты меня не в притон какой-то везёшь.
— Дорога понравилась? Обрати внимание, на несколько метров от неё, нет толстых деревьев.
— М-м-м... Обратил. Это что-то означает?
— На самом деле, это ЗВПП, - гордо произнесла девушка.
— Надеюсь, это не что-то венерическое, - нелепо пошутил я.
— Эх, молодёжь пошла! Замаскированная взлётно-посадочная полоса. Под нами, бетон. В случае войны, могли садиться самолёты. Вся инфраструктура проложена была. В девяностые, местные не один КАМАЗ медных кабелей отсюда вывезли. До сих пор, траншеями всё изрыто.
— Ого! Ничего себе! За что такая честь?
— Без понятия. Наверное, здешний пансионат превращался в эвакогоспиталь. В советские годы, к таким вещам, серьёзно относились. Там одеяло, на сиденье. Как скажу, садись на пол, и одеялом прикройся. Если папка спалит, ты мой любовник. Я тебя опоила, и ебаться повезла.
Мы подъехали к зелёным воротам с красной звездой, сияющими свежей краской в свете мощного фонаря.
— Боевая готовность, номер один! – скомандовала Лена.
Я прижался к левой двери, натянув одеяло на голову.
— Опять ты, на ночь глядя, - раздался сиплый голос.
— Пап, я же говорила. Вечером поработала, с утра встала, протёрла... Весь день свободен.
— День у неё свободен, - недовольно проворчал голос. – На что путёвое, его использовала бы...
— Наташка, всё же замуж выходит, - решила сменить тему девушка.
— Прошлёпала, такого парня! Я же говорил, надо было ноги ему целовать, дура!
— Пап, сколько раз говорили об этом? - Лена тяжело вздохнула. – Это, моя жизнь.
— Твоя. Только ты забываешь, что мы советуем, потому что прожили такую же. Потому, знаем, что говорим. Ладно, пока своих шишек не набьёшь, мозг не заработает. По дорожкам, не езди!
— Тут, не так много отдыхающих. Не собью.
— Тут их, совсем нет. Дорожки, чтобы ходить! Езжай, непутёвая.
Машина тронулась, и голос пропал.
— Можно вылезать? – проворчал я.
— Ага, конспирация закончилась. Нравится?
Я догадался, что вопрос относился не к способу проникновения, а к окружающему пейзажу и выглянул в окно. Мы ехали по широкой асфальтовой дороге, окружённой высокими тополями. Справа проходила мощёная аллея с периодически стоящими скамейками. Впереди показалось трёхэтажное здание, с массивными колоннами.
Наша кобра