кивнула доктор Кэмпбелл, прежде чем вернуться в свой кабинет.
— Иди за мной, Саймон, — сказала Эми, покраснев.
Было так много вопросов, которые она хотела задать ему. И все же, когда он обогнул пост медсестер, ее глаза выпучились, когда она уставилась на его трость.
— Сай...
— Не надо, — мрачно сказал Саймон.
— Хорошо, — ответила Эми, склонив голову и прижимая к груди новую карту пациента. Это было обязательным для всех новых пациентов, чтобы у них было собственное досье с их собственными наблюдениями, если пациент решит, чтобы они предоставили ему первичную медицинскую помощь.
— Сюда, Саймон, — сказала она, ведя Саймона по коридору, время от времени оглядываясь на него.
Эти его глаза не были такими же, как у мальчика, которого она когда-то знала. По тому, как он держался, она поняла, что он уверен в себе. Если бы не трость, Саймон шел бы с высоко поднятой головой, расправив плечи и выпятив грудь.
— Эми? Не могли бы вы провести обследование? Я должна ответить на звонок, — спросила доктор Кэмпбелл, когда они проходили мимо ее кабинета.
— Не проблема, — сказала Эми, сдерживая улыбку, узнав, что у нее будет больше времени с Саймоном.
— Пожалуйста, если ты не против, — сказала она, отступая в сторону и жестом приглашая Саймона войти.
— Пожалуйста, раздевайся, — сказала Эми.
— Зачем, мне нужно только пополнить запас обезболивающего?
— Саймон, ты ведь умнее, мой младший брат, — сказала Эми, закрывая дверь, прислонившись спиной к двери, когда Саймон повернулся, чтобы посмотреть на нее, перенося вес на трость. — Ты действительно поверил, что мы напишем диагноз, не проведя собственное исследование, только со слов другого врача? — спросила она, качая головой. — А теперь, пожалуйста, разденься и надень халат, — сказала Эми, кладя голубовато-зеленый бумажный халат на смотровой стол. — Тогда мы сможем позаботиться о том, чтобы ты получил необходимые тебе лекарства.
— А ты не собираешься уходить? — спросил Саймон, изогнув бровь.
— Нет! – сказала Эми, широко улыбаясь — Я видела тебя голым, помнишь?
Прикусив губу, она вспомнила, как впервые увидела его твердый, толстый, покрытый прожилками член. По сей день это все еще заставляло её лобковый бугорок дрожать в предвкушении.
— Хорошо, тебе может не понравиться то, что ты увидишь, — сказал Саймон, его беспокойство по поводу раздевания перед людьми быстро закончилось в первый день учебного лагеря. Прислонив трость к смотровому столу и балансируя на правой ноге, он снял рубашку.
— О боже! — Эми пришлось сдержаться, чтобы не застонать вслух, когда ее глаза пробежали по мускулистой, словно скульптурной груди Саймона.
— Не хочешь воспользоваться стулом? — спросила она, увидев, как его левая нога повисла в нескольких дюймах над полом.
— Если ты не возражаешь, — бросил Саймон через плечо, расстегивая ремень.
— Вот, — сказала Эми, похлопав по спинке стула.
— Итак... — сказал Саймон, выдыхая и радуясь, что снял вес с левой ноги, когда опустился на стул. — Почему ты делаешь эту работу, разве это не похоже на работу врача?
— Я — ПМ, Саймон, — сказала Эми, подавляя смешок от его озадаченного взгляда.
— Это расшифровывается как Практикующая медсестра. Я делаю большую часть того, что делает врач, я просто не могу выписывать рецепты, — сказала она, открывая папку, думая, что лучше всего начать с опроса. — Были ли вы за пределами страны в течение последних десяти лет? Если да, то где?
— Ирак, Афганистан, Германия, — сказал Саймон как ни в чем не бывало, снимая ботинок с левой ноги.
— Вы были вакцинированы перед тем, как отправиться туда? —
Психоанализ