нужно. Каждый вечер приблизительно в шесть его бывшая гуляла в парке, маленьком, но довольно изолированном деревьями и кустарником. Прямо посредине парка находился туалет, куда он предложил ее затащить. Он хотел, чтобы я нанял пятерых, и я полагал, что это будет нетрудно, особенно за пять кусков каждому. Он велел, чтобы мы не слишком ее покалечили, сказал только, чтобы оттрахали посильнее и подольше. Еще он дал мне фотокамеру с двумя кассетами, и недельный срок на все.
За неделю я набрал нескольких знакомых парней, тех, кому можно было доверять, чтобы держали рот на замке. Томми, пацан лет 24-х, отпетый ублюдок; Тайрон, тощий чернокожий около 30, я его знал по тюрьме; Джонс, другой чернокожий, но постарше и покрупнее; Грегори, худой, но сильный; и, наконец, Маноло, мексиканец, тоже сокамерник, около сорока и моего роста. Каждый был не прочь отыметь молодую сучку. Да за 500 гринов половина из них отымела бы родную маму. Я только надеялся, что смогу их контролировать.
"День икс" настал, и мы заранее заняли свои позиции. Я поставил Джонса, Тайрона и Маноло у входа в парк, чтобы они могли следить за ней, когда она войдет. Я планировал, что они припугнут ее, чтобы она побежала прямо мне в руки. Я велел Грегори запастись клейкой лентой, чтобы она не смогла кричать, и мешком для собаки...
...Сев в автобус, я достал из кармана вчетверо сложенные листки. Это был второй экземпляр моего описания. "Может пригодиться", - подумал я, проглядывая текст и вспоминая...
"Ровно в шесть она вошла в парк, и я услышал крики Тайрона и парней, типа, как она хороша, и что-то насчет большой задницы, ну и разные, как говорится, непристойные предложения. Теперь она должна была испугаться, что эти трое пойдут за ней в этот заброшенный, темный парк, а у нее для защиты - только маленькая собачка-крыска. Я улыбнулся, когда услышал, как парни кричат: "Ну что ты убегаешь, куда же ты, бэби?". И звук бегущих ног, вниз по дорожке. Я выскочил из-за угла, и она влетела точно в мои руки, вскрикнув от неожиданности, когда я облапил ее. Ее собачонка громко лаяла рядом и бросалась на мои ноги.
Я удерживал ее вырывающееся тело, и мой член, тесно прижатый к ее горячей попке, тут же встал. Парни выбежали из кустов, Томми схватил кобеля, а Грегори - суку. В смысле, Томми засунул пса в мешок и завязал его, а Грегори схватил девчонку за волосы и отдернул ее голову назад, вызвав крик боли и удушья. Я заглянул в ее большие карие глаза, прочитав в них панику, и злорадно усмехнулся, а когда она начала кричать, Грегори надавил ей на подбородок, заставив закрыть рот, и наклеил ленту ей на губы.
Я все еще держал ее за бока, поскольку она пыталась лягаться. Тогда Грегори заломил ей руки за спину и намотал на них еще больше ленты, вокруг запястий и предплечий. Когда он закончил связывать нашу пойманную сучку, я отстранил ее на расстояние вытянутой руки, держа за волосы, чтобы рассмотреть впервые во плоти. Она была одета почти так же, как и на фото, но лента, наклеенная на рот, была приятным дополнением. "А ты недурна, бэби", сказал я, на что она попыталась пнуть меня, но потеряла равновесие, так что я еле удержал ее за волосы.
"Что ж", - сказал я, толкнув ее к Джонсу, который дал ей подножку, подхватил и закинул ее тело на плечо, - "начнём вечеринку".
Я слышал ее приглушенные крики и всхлипы, когда Джонс ущипнул ее за задницу - тугую, как
Вторая жена