Валерия с благодарностью посмотрела на меня своими заплаканными глазками-изумрудами. Наивная дурочка решила, что я на её стороне. О, как же горько она об этом пожалеет!
— Если поняла, иди вон в ту комнату, там тебя уже ждут.
Когда Валерия послушно прошла в указанном направлении, она вскрикнула от увиденного там. Шок и ужас отразились на её прелестном личике! Я был доволен произведенным эффектом! Ведь перед жертвой предстали её мать и подруга Виктория в самом безобразном виде, голые и доступные.
— Парни, приступаем к основному шоу! - дал я команду.
Никита и Вова тут же принялись фиксировать Леру рядом с матерью и подругой, слева от них, как и требовала наша искушëнная публика. Видеокамера в этот раз была у меня и я подробно снимал весь процесс.
Лера закричала, но, получив хороший разряд электрошокером между ног, притихла и больше не оказывала сопротивления. Кляп, естественно, занял свое законное место во рту.
Всех троих действительно зафиксировали капитально: расположив поперек специальной широкой лавки, больше похожей на низкий длинный стол, верёвками привязали за широко разведенные лодыжки к цепям, вздернув так, чтобы попки оказалась немного выше головы – как раз на таком уровне, чтобы любому мужчине было удобно, встав на колени, трахать одну или другую дырочку. Руки рабынь привязали вдоль тела к специальным кольцами на лавке, и все девушки застыли в неудобном положении – опираясь только на лопатки, беспомощно подвешенные за раздвинутые ноги.
Я отдал камеру Вове. Трое "порноактëров", включая меня, подошли к пленницам сзади и пристроились между их ног.
Артёму, как он и хотел, досталась Маргарита, Никите - её дочь Лера, а мне, по остаточному принципу, крайняя справа - Виктория. Я ничего не имел против этого. Приятно порой трахать в попку молоденькую целочку-лесбияночку. Да, эта информация приятно нас всех удивила и обрадовала. Редчайший экземпляр в наше время - восемнадцатилетняя девственница! На такой товар быстро найдётся покупатель и отвалит за обучение хорошие барыши! Её ориентация никого, конечно, не интересовала. Удовольствие рабынь не входит в нашу компетенцию.
Двое других уже вовсю "натягивали" стонущих и мычащих девок, а я невольно залюбовался своей маленькой сахарной попкой с анальной пробкой и девственной розовой киской, ухоженной и бритой. Девочка дрожала от страха. Боялась за свою невинность. Но тут ей бояться было нечего, целку я ей оставлю. Я взялся за пробку и несколько раз погонял её туда-сюда, рассматривая, как растягивается анус, пропуская и выпуская серебристое яйцо игрушки. Девчонка уже не билась. И только обреченно вздрагивала и всхлипывала при максимальном растяжении. Наконец, я извлëк пробку и приставил головку члена к плотно сжатому очку. Девчонка отчаянно сопротивлялась, сжав его со всей своей девичьей силой. Но это ей не помогло. Моя залупа с трудом, но проникла в хорошо смазанные теснины девственного кишечника. Вика отчаянно завизжала сквозь кляп и всё пыталась сомкнуть ягодицы или вытолкнуть незваного гостя, но это было невозможно, мой хуй был подобен буровой установке, вгрызающейся в мягкую породу! Её сопротивление меня только сильнее заводило! Я пошире раздвинул аппетитные ягодички и стал всё глубже и быстрее трахать эту тесную и жаркую попку!
— Ух, хороша, сука! Привыкай к ебле хуем, мокрощëлка! Плотнее сжимай очко, пиздолизка ебаная, ещё плотнее! Я люблю таких узеньких!
Но девочка как бы назло мне расслабила мышцы и мой хер начал свободно долбить хлюпающий задний проход. Я усмехнулся, шлепнул по размякшим булочкам и стал наслаждаться своим полным господством. Жаль, что нельзя было выебать её во влагалище, но попка её мне нравилась всё больше.
Моя дорогая тёща