наспех заправить края халата и принять скромную позу.
— Зажигайте чайник, я принесла свежего печенья и вафельный тортик!
Последнее звучало как издевка. Дочка тщательно вымыла руки и вернулась в нашу молчаливую компанию. Она присела на своем месте между мной и своим бойфрендом, придвинула ему сахар и влюбленно уставилась на его раскрасневшееся пятнами лицо. Я вынужденно молчала. Удерживать во рту сперму случайного любовника, удовольствие коварное – мое влагосостояние было на пределе, постепенно удалось оценить вкус угощения, но глотать я пока не решалась. Не хватало подавиться спермой прямо на кухне при дочери. Страшно, но и сидеть в таком положении – удовольствие не из лучших.
Тарас робко поглядывает на меня. Без иронии, без былого хвастовства, он просто сочувственно смотрит на мои губы и сразу переводит взгляд на лицо своей преданной дурочки. Кажется, я приковала его к своей дочери невидимыми узами, куда более сильными, чем она может предположить.
— Мам, ну кипит же! – Вдруг вспыхнула Лиля и захлопотала с чайником.
Она поднялась, ухватила через полотенце раскаленную ручку и по очереди – начиная со своего непогрешимого божества – разлила кипяток по кружкам. Пожалуй, незаметно проглотить будет проще, если облегчить себе задачу чаем. Тем более, Лилечка так увлечена своим бойфрендом, что совершенно не смотрит в мою сторону. Не расслабляя губ, я размешала сахар и отложила ложечку на стол, нарочно оттягивая неизбежную процедуру. Пряный кисель по капле сбегает в глотку, но основная масса все еще плещется на моем языке. Представила, что будет, если мне сейчас придется чихнуть – тогда все вернется виновнику бумерангом и даже заденет невинных. Становится смешно, губы слабеют. Совершаю усилие над собой и разом проглатываю все, что оставил мне бойфренд моей дочери.
Привкус молодой спермы кружит голову. От возбуждения сосочки находят удовольствие даже от прикосновений халата и еще сильнее требуют ласки. Я за несколько глотков расправляюсь с чаем, без объяснений покидаю стол и прямым ходом направляюсь в комнату Лилии.
*********
Иногда в конце рабочей недели я люблю как следует расслабиться и сбросить напряжение. Для этого у меня есть одно чудодейственное средство и оно совершенно не требует дополнительных растрат. Это сочетание бутылочки белого полусладкого с полнейшим уединением. Если первое я приобретаю загодя в ближайшей «Пятерочке», то второе и вовсе не представляется сложностью – моя Лилечка так увлечена своим возлюбленным, что в его присутствии уже давно не жалует мою спальню своим присутствием.
Есть что-то магическое в том, чтобы после теплой ванны скинуть с себя халатик, в укромном уголке наедине с собой ощутить безгрешную наготу и все это сдобрить глоточком-другим благородного вина. В приглушенном тепло-желтом свете под влиянием винных паров обстановка комнаты кажется чарующей и собственная нагота играет в этом волшебстве не последнюю роль. В такие моменты отражение в зеркале не кажется мне безнадежным: даже не томный взгляд и обрамленное черными волосами круглое до милоты лицо - мое внимание, скорее, обращено ниже. Мои огромные, сохранившие привлекательную каплевидную форму груди, округлые изгибы тела, мясистые бедра и мягкий, покрытый светлыми завитушками лобок – все это великолепие мне не кажется теперь заслуживающим насмешек.
Воздействие алкоголя оказалось сильнее, чем я привыкла ожидать, постепенно на меня нахлынули сильные чувства, обыкновенная жалость к себе сменилась гордостью, само мое тело вдруг стало предметом моего пристального внимания. Вот мои девочки, отрадно приподнимать их по очереди; тяжелые и мягкие толстушки, отзывчивые на любую ласку. Тутти быстрее проявила взаимность – правый сосок затвердел и вытянулся от прикосновения пальчиков, а кожа вокруг покрылась мурашками. Придется поцеловать Титти, чтобы она не обижалась. Как же волнительно делать это, стоя
Притча про Адама и Еву.