Это было так странно. Никогда в жизни меня так сильно не обнимал и не трогал незнакомый человек. Просто невозможно было отказать этой женщине, когда ее лицо светилось таким теплом и радостью. Объятия длились дольше, чем обычно, и мне пришлось сдвинуть бедра в сторону, чтобы скрыть свой стояк, который вырос у меня между ног.
— Присаживайся! — сказала она. — Давай поедим с тобой.
Я сел на маленький стул, и она начала расставлять передо мной на столе тарелки с едой. Там была фокачча, мягкая, но хрустящая, с чудесным вкусом. А также тарелка сыров, овощи на гриле, оливки и закуски.
Пока я ел, она сидела и разговаривала, время от времени потягивая вино. Она рассказала мне о своей жизни, когда росла в Маленькой Италии (район Нью-Йорка — прим.пер.), и о своей семье, которая всё еще живет там. Еда была вкусной, но мой желудок заурчал через несколько минут от запахов, исходящих от ее плиты и духовки.
Широко ухмыляясь, она выскочила и начала подносить блюда. Женщина приготовила достаточно еды, чтобы накормить целую армию, и все это так вкусно пахло и имело отменный вкус. Здесь было полное блюдо запеченного зити, тарелка с овощами и перцем на гриле, довольно острым, миска маринады с несколькими огромными фрикадельками, тарелка пенне с сосисками. Был даже поднос с курочкой под пармезаном, который не поместился бы на маленьком обеденном столе.
Я сразу же принялся за еду, пока Джиа наполняла мой бокал вином.
— Все так вкусно, — сказал я. — Вам действительно не нужно было делать так много.
— Мне это было в радость, — тепло сказала она. — Как я уже говорила, Коннор, это действительно замечательно, что здесь снова присутствует мужчина. Кажется, что между работой и домом я иногда просто плаваю в море эстрогена.
— Чем вы занимаетесь? — спросил я, накалывая на вилку сырный запеченный зити, вздыхая от удовольствия, когда паста, мясо, сыр и соус таяли вместе на моем языке.
— Я преподаю литературу в Барнарде, — она указала на дополнительную комнату, мимо которой я проходил ранее, — написанное Слово — мой мир и страсть, наряду с кулинарией. — Она усмехнулась и посмотрела на меня из-под ресниц: — А ты, Коннор? Что ты планируешь изучать, когда запишешься на курсы в университет?
Не то чтобы я держал свою фамилию в секрете, я просто не афишировал, кто я такой. Если Джиа хотела верить, что я простой студент колледжа, как я и выглядел, то я был рад, что она будет продолжать в это верить.
— Я планирую сосредоточиться на бизнесе и финансах, — сказал я, — но это гуманитарная школа, и она потребует, чтобы для получения степени бакалавра я прошел как минимум половину курсов по предметам, прямо не относящимся к специальности.
— Это отлично, — сказала она, кивнув, — я знаю, что университетская программа дает хорошее, всестороннее образование. Если ты будете сдавать английский и литературу, обязательно дай мне знать. Я всегда готова поучить такого красивого молодого человека, как ты... или, по крайней мере, хотела бы, если бы у меня была такая возможность! Не забудь оставить место для десерта, — сказала она, выкладывая на мою тарелку еще пенне и сосисок, — у меня запланировано нечто особенное.
В ее голосе прозвучал томный жар, который заставил меня поднять на нее глаза.
Она встретила мой взгляд голодным взглядом, который не имел ничего общего с едой на столе. Она положила лицо на ладонь, опершись локтем на стол, и смотрела, как я ем. Другой рукой она играла с вырезом топа своего сарафана, и
Любовь или свобода2 : последний выбор(часть 2)