от верхней к нижней голове, не давала думать ни о чем, как только о желанном девичьем теле, так доверчиво и заманчиво раскрытом перед ним. Глеб встрепенулся и, выключив телефон, сказал, слегка покраснев от циничности собственных слов:
— Беру эту!
Ангелочек тут же села и, поднырнув под руку, прижалась заманчивыми выпуклостями, вцепившись в рубашку коготками:
— Спасибо! Спасибо, господин!
Глеб едва из штанов не выпрыгнул, когда ощутил упругое стройное тело, но каким-то образом сумел ввести на предоставленном арабом планшете пароль и зайти в виртуальный депозитарий.
Асаад же протянул опломбированную коробочку:
— Можешь проверить пломбы, ключ уже несколько лет – в полной безопасности. Там, - он махнул рукой, - спальня. Холодильник полон, есть душ, в шкафу свежее постельное белье. Всё, - он с усмешкой скосил глаза на девушку, - в твоем распоряжении на сутки. Если что-то еще понадобится, сэр, набери меня, я всё время буду рядом...
Едва они зашли в спальню, как девчонка бухнулась перед Глебом на колени, обняв его ноги так, что он прочувствовал коленями все упругие прелести:
— Спасибо, господин, что выбрали меня!
Ее лицо ткнулось в пах и... ангелочек с хитринкой в поднятых глазах и лукавой полуулыбкой проворковала:
— Господин хочет меня!
— Не называй меня господин и давай на «ты», - сперма давила к этому моменту не только на яйца, но и, казалось, на мозг: девушка со счастливым мечтательным лицом принялась тереться о ширинку носиком щечками, умудряясь поглаживать и тонкими пальчиками. – Но мне надо сбросить напряжение.
Цивилизованному человеку, к каковым себя причислял Глеб, стыдно говорить такое женщине, даже если он и купил ее, словно проститутку... Но была велика вероятность того, что еще минута-другая, и штаны будут испачканы...
— Нас строго воспитывали в том, чтобы мы всегда были очень уважительны с партнером, а тем более с первым мужчиной, поэтому я не смогу переступить через себя, и вы - мой господин... Что касается второго, то...
В время своего краткого монолога она споро расстегнула ширинку... и ее глаза широко распахнулись:
— Какой большой!
Пухлые девичьи губы слегка прикоснулись к навершию, и парень зашипел, едва не брызнув спермой прямо в ангельское личико.
— Не переживайте, господин, я готова выполнить любой ваш каприз и готова для вас на всё... Но какой же он притягательный...
Девчонка прикрыла глаза от удовольствия и накрыла ртом головку, восторженно замычав. Глеб кое-как справился с собой, перемножая в уме двузначные числа, пока мягкие губы и шустрый язычок ласкали чувствительную плоть. А когда стало совсем невмоготу, остановил девушку:
— Мы еще не дали тебе имя...
Она поглядела на него снизу-вверх (не выпуская головку из плена нежных губ) так доверчиво и предвкушающе, что ему стало стыдно – как-то не по-человечески знакомиться с девушкой, когда член у нее во рту, а тем более давать новое имя, словно купленному щенку. Наверняка ведь ее как-то все эти годы называли, и некрасиво переиначивать по-своему только на основании того факта - совершенно за гранью добра и зла, - что он ее купил! Впрочем, девчонка смотрела с такой восторженной надеждой, что становилось неудобно и страшно – как же в нее вбивалось такая раболепная покорность мужчине?
— Ну, что же здесь думать? Будешь Анжеликой...
Анжелика чуть отстранилась, ее голубые глаза сверкнули радостью:
— Спасибо, господин! Спасибо!
И она порывисто насадилась на член – так, что головка ткнулась в узкое горлышко. И Глеб не выдержал. Зарычав, он выбросил сперму прямо в нежный ротик, чувствуя дичайшее наслаждение и одновременно какое-то неудобство: ну разве можно такой красивой, словно из сказки, девочке кончать прямо в рот? Тем более, что она никак не ожидала такого подвоха
После курсов..