Стрельба в Милосердном Господе нашем (Полная версия)
Категории: Измена | Классика
Добавлен: 21.01.2023 в 08:15
оно или нет, оно что-то значит?
Я решил принять это как сигнал, не настолько, чтобы вызывать полицию, но чтобы подойти с некоторой осторожностью.
– Давай проедем, но будь осторожен, как она сказала.
Мы припарковались дальше по улице и сразу за поворотом, под острым углом к передним окнам. С расстояния в сто метров мы увидели перед домом незнакомую машину. Возможно, она позвонила кому-то еще, и они пришли на помощь, или в доме могло что-то происходить. В доме было темно.
Я сказал Марии:
– Свет на крыльце не горит. Изнутри не видно света. Тебе не кажется это странным? Когда пропал ребенок, а вы зовете людей на помощь?
– Очень, – сказала Мария. – Ты бы включил все светильники, чтобы найти пропавшего ребенка.
– Возможно, что-то происходит в доме, – сказал я Марии. – Я не знаю эту машину. Может, это друг, а может, и нет. Иди за мной, не отставай, хорошо?
Я посмотрел на нее в слабом свете, и она улыбнулась и сжала мою руку. Мы трусцой обошли соседские дома, прошли через их задние дворы и обнаружили новый забор у дома Мерфи, к счастью, с незапертыми воротами. Мария держалась за меня, и мы подошли к моему старому дому сбоку. Я двинулся вдоль боковой стороны, чтобы увидеть входную дверь. Посмотрел на нее, и она оказалась закрытой и запертой. Затем мы перешли к задней двери, которая была поломана и явно взломана. В доме свет не горел, но луна уже взошла и была почти полной. Перед домом горел уличный фонарь.
– Нам нужна полиция, – сказала Мария.
Я отошел от дома и позвонил в 911.
– Сообщаю о взломе и проникновении. – Я назвал адрес. – Возможна ситуация с заложниками.
Я повесил трубку.
– Оставайся здесь. Возможно, мне придется драться, и я не могу беспокоиться о тебе. Если подумаешь, что их больше одного, просто убегай, хорошо? – сказал я. Она посмотрела на меня и кивнула. Она знала, что я не могу беспокоиться о детях, Карен Энн и о ней.
Я подошел к кухонной двери, толкнул ее, и та распахнулась, издав легкий хруст стекла, но открылась достаточно, чтобы впустить меня. Я шагнул как можно дальше и почти не задела стекло.
Я остановился и прислушался. Из гостиной доносился приглушенный плач. Это была Хэнли или, может быть, Дилан. Я медленно, осторожными шагами направился к дверному проему, из которого открывался вид. Я медленно оглядел дверной косяк. Свет был тусклым, в основном от уличных фонарей снаружи, проникающих через дверные окна, но его было достаточно, чтобы разглядеть фигуры и, возможно, даже больше, поскольку в середине на несколько сантиметров были открыты шторы. Там была Карен Энн, с заклеенным скотчем ртом и клейкой лентой, несколько раз обмотанной вокруг головы. Ее руки были за спиной. Она находилась по диагонали через комнату от меня, сидя на мягком стуле у окна. Я посмотрел налево и увидел Хэнли, связанную на диване, через комнату от ее матери, а чуть дальше в поле зрения был Дилан, тоже на диване. Затем я уставился на парня, выглядывающего из переднего окна.
Я переместился на открытое пространство; Карен Энн смотрела прямо на меня, но в темноте было трудно различить людей. Парень у окна посмотрел вниз на нее, сказав:
– Бак уже должен быть здесь, не так ли?
У него был сильный акцент. Он говорил сам с собой или с Карен Энн. Дом был небольшим, единственные звуки доносились из гостиной, и парень не вел себя так, будто работает с кем-то еще. Я был уверен, что он – один.
Развлечения в гостинице