— Это же очень больно, - Аня представила себе долгие, очень долгие месяцы бесконечных прокалываний кожи. Ни одно украшение подобного не стоило.
— Негативная сторона боли... Переоценена, скажем так. И недооценена позитивная сторона. Это не более чем ощущение, такое же как слух, вкус или восприятие температуры. - Моана промокнула область татуировки стерильной салфеткой. Казалось, южанка искренне кайфует от ощущений протыкания кожи. - Нам приносят дискомфорт жара, пересоленность и громкие звуки, но мы при этом ходим в сауну, угощаемся соленьями и слушаем тяжелый рок. Мы наслаждаемся болью, но не всегда можем понять, что это именно она, лишь в новой форме. Даже острый вкус пищи - это тоже восприятие боли, и мы с удовольствием ее принимаем. Вопрос лишь в дозировке и обстоятельствах восприятия, - Моана бросила короткий внимательный взгляд на собеседницу, - можно питаться пресными блюдами в тишине, но яркие ощущения делают нашу жизнь более... насыщенными. Ты замечала, чем южнее национальная кухня, тем более острые блюда она использует? Острота блюда - это не вкус, а те же рецепторы боли. А я с самых самых югов. Возможно, ты о нас даже не слышала.
— Вы... Ты маори? - этнографическая телепередача в мыслях Ани сменилась поющим крабом из диснеевского мультфильма.
— Значит, все таки слышала, - Удовлетворенно резюмировала Моана и присмотрелась к девочке еще внимательнее, - нас не очень много, и мы ведём оседлый образ жизни. В вашей России я, наверное, одна из очень немногих, если не вообще единственная.
— Я думала, татуировки маори делают... Менее прогрессивными способами.
— А я думала, что у вас медведи водку в вечной мерзлоте пьют, - несколько уязвленно ответила Моана, - у меня высшее техническое образование... Полученное заочно, правда. Если человечество изобрело более совершенные способы нанесения чем ухи из кости альбатроса, то я не буду травмировать себя... Избыточно и бесцельно. - островитянка скользнула острым ноготком по голой бронзовой коже живота и, наконец, встала с кресла.
Аня несколько испуганно съёжилась при приближении этой адептки болевых ощущений, но Моана не стала переходить от теории к практике, а лишь с любопытством рассматривала москвичку.
— Анна... Анахейра. На нашем языке это означает "Ангел", — Неожиданно маори провела ноготками от шеи гостьи до бедра, но легко-легко, едва касаясь.
— Не волнуйся, я прекрасно понимаю, что не все разделяют мои взгляды. Боль должна быть такой, чтобы раскрывать и усиливать удовольствие, а не превращаться в неприятную обузу, - Недлинные, но острые ноготки слегка царапнули по сосочку Ани, и та, вопреки собственному желанию почувствовала возбуждение. Попыталась его скрыть. - Знаешь, что самое сложное? Тонко чувствовать грань между наслаждением и дискомфортом, но не переходить ее; это настоящее искусство. Закрой глаза.
Моана плавным движением толкнула Аню на украшенную непонятным круглым символом подушку, отвлекла замысловатой игрой язычка в поцелуе, затем перевернулась вместе с ней, оказавшись внизу и внезапно царапнула всеми десятью ногтями по спине девушки вниз. Аня вскрикнула, больше от неожиданности, чем от боли, оба влагалища на какой-то миг соприкоснулись, но тут маори гибко выскользнула из под девочки, словно показывая, что это лишь демонстрация возможностей. Аня осталась лежать, зажмурившись и тяжело дыша. Спина горела, словно от ожога крапивой, но еще больше ощущался жар от собственной промежности. Аня почувствовала, как ее руки вытягивают вверх, к изголовью. На узких девичьих запястьях щёлкнул браслет наручников. Еще один.
— Знаешь, какой страх самый давний, самый глупый и самый всеобъемлющий? - дрожащая Аня почувствовала легкое касание кончиков кожаной плети у себя на груди, - Страх неизвестности. Мы боимся того, что скрывается в темноте, но
Путь раскрепощения (Главы 25 - 28)