Я думаю, она знала, что я могу сказать, чем она занимается, когда ее нет дома. Однако я не был уверен, чувствовала ли она себя виноватой или просто переживала за меня.
Впрочем, это не имело значения, не так ли?
Я покачал головой и встал с дивана.
— Не парься. Дерьмо случается, - сказал я, безэмоционально пожав плечами.
Затем я прошел мимо нее, чтобы выйти. Пока я шел, я чувствовал на себе ее взгляд. Казалось, она хотела что-то сказать. Я не знаю, что именно она хотела сказать, и, честно говоря, я не очень хотел это слышать.
Когда я взял свое пальто, она наконец сказала:
— Эй, Арти? - Я остановился, давая ей возможность заговорить.
— Я... э... - заикалась она.
Все, что должно было выйти, так и не попало в ее рот. Вместо этого, она просто сказала:
— Спасибо, что заплатил Пенни.
— Без проблем. Спокойной ночи, Пейдж.
Я вышел и закрыл за собой дверь.
***************************
Несколько месяцев спустя
Велотренажер настойчиво жужжал, когда я яростно крутил педали. Мои ноги горели, спина болела, но я не позволял им остановиться. Я не собирался давать им право на отдых, пока цифровые часы не отсчитают до нуля.
Когда я закончил, то сошел с велосипеда с улыбкой. Дисплей показывал, что я сжег 432 калории. С приливом уверенности, я направился в раздевалку. Я ходил в спортзал довольно регулярно, и уже начинал чувствовать разницу. После быстрого душа, я долго раздумывал, вставать ли на весы. В конце концов, любопытство взяло верх, и я встал. То, что увидел, заставило мое сердце упасть.
Я похудел всего на 10 килограммов.
Я должен был быть счастливее, чем был. Должен был праздновать. Но я не был счастлив. Я был разочарован. Через три месяца я подумал, что должен был похудеть хотя бы на 20.
Уныло оделся и пошел из зала. Жизнь снова казалась несправедливой. Для меня ничего не было легким. Ланс бежал по жизни, Пейдж ходила на свидания и наслаждалась одиночеством, а я, за три месяца упорных тренировок, получил лишь 10 килограммов.
Я чуть не столкнулся с Наоми. Она несла полную руку полотенец.
— О! Прости, Артур. Я тебя не заметила, - сказала она, ловко увернувшись от меня.
Я был впечатлен тем, что она вспомнила меня, но лишь слегка. Мои мысли были заняты другими вещами.
— Нет проблем, - сказал я, с непреднамеренной грубостью.
Я пошел прочь из спортзала, пока не услышал, что она зовет меня. Я повернулся и увидел, что она бежит трусцой ко мне.
— Все в порядке? - спросила она, с намеком на беспокойство на лице.
— Да. Все хорошо. Просто... я не знаю.
— Ты хочешь поговорить об этом?
— Нет. Не очень. Не о чем говорить. Думаю, я просто немного разочарован в себе.
— Почему?
Я не хотел выкладывать все о своей жизни. Я действительно не хотел. То, что началось с того, что я рассказал ей о 10 килограммах, превратилось в получасовую беседу о Пейдж, обо мне, моих детях и даже о Лансе. К ее чести, она слушала. У нее даже хватило благородства, не выглядеть скучающей.
— Ого. Как тяжко, - сказала она, когда я, наконец, дал ей время высказаться. Затем, спустя секунду или две, она спросила: — Чего ты хочешь, Артур?
Это был довольно простой вопрос, на который должен был быть простой ответ. Но его не было. По правде говоря, я не задумывался о том, чего хочу.
Она увидела мою нерешительность и спросила:
— Ты хочешь вернуть свою жену? Хочешь ли ты заставить ее ревновать и сожалеть о том, что она потеряла тебя? Пытаешься ли ты догнать своего брата? Чего ты хочешь?
Запретная любовь