я убирал тарелки на кухню, чтобы помыть их позже и возвратился обратно.
— Почему ты относишься к этому как к свиданию? — сердито спросила она.
— Почему? Разве ты не хочешь, чтобы я это сделал? — насмешливо спросил я.
— Ну, это не похоже на то, что мы встречаемся. — огрызнулась она.
— Верно, но я подумал, что ты хотела бы, чтобы я сделал это как можно приятнее для тебя, — сказал я.
— Мы можем просто покончить с этим? — прорычала она.
— Ты же знаешь, что это не в последний раз, не так ли?
Спросил я ее, она смотрит в пол и кивает головой:
— Так ты все еще хочешь сразу прыгнуть в это?
Я зачарованно и немного смущенно наблюдал, как она краснеет и потирает ноги, прежде чем поднять на меня взгляд и медленно кивнуть головой.
— Я знаю, что шантажирую тебя этим, но я хочу сделать это как можно более приятным для нас обоих. Если я сделаю что-то, что причинит слишком сильную боль или просто зайдет слишком далеко, просто скажи слово ”Шампунь", и я остановлюсь и сделаю что-нибудь еще.
— Разве я не могу просто сказать ”Шампунь" сейчас, и все это закончится? — сказала она с легким смешком.
Я смеюсь:
— Нет. Этого не произойдет. — сказал я ей.
— Хорошо, давай сделаем это, - огрызнулась она.
— Тогда следуй за мной. - сказал я ей, прежде чем забрать сумки с тем, что я принес ранее, и направился в спальню.
Я закрыл дверь спальни за Тейлор, когда она вошла и оглядела комнату с двуспальной кроватью и шкафов, которые являлись единственными предметами мебели в комнате.
— Я кое-что принес, чтобы все прошло лучше. — сказал я ей, ставя пакеты с покупками на пол возле кровати:
— Но сначала тебе нужно раздеться.
Она колебалась долю секунды, прежде чем расстегнуть все пуговицы, снять рубашку и показать мне, что на ней не было лифчика.
— Это было рискованно. — сказал я, поддразнивая, кивнув на ее обнаженную грудь и белую рубашку, которая теперь валялась на полу.
— Думала, так мы быстрее покончим с этим. — тихо сказала она.
— Нет, я думаю, ты испытываешь трепет при мысли, что люди могут увидеть твои хорошенькие маленькие сиськи.
Я сказал ей это, не пытаюсь насмехаться над ней, а высказыв свое мнение.
Тейлор ничего не ответила, но я видел, как она покраснела, когда наклонилась и стянула юбку.
— Трусиков тоже нет. — рассмеялся я, когда ее юбка спала, оставив ее в одних белых гольфах:
— Может быть, ты не только мазохистка, но и эксгибиционистка?
— Я... Может быть.
Она тяжело вздыхает.
— Ранее в библиотеке я все время думала о том, что кто-то нас поймает.
Я наблюдал, как она извивалась, когда говорила:
— Это возбудило меня еще больше.
— Может быть, я буду выставлять тебя напоказ по улицам голой с вибратором, засунутым глубоко в твою тугую киску.
Я говорил ей это только наполовину серьезно.
— Я не...
Она замолкла и качнула головой, прежде чем присесть на корточки и стянуть носки. То, как она присела с раздвинутыми ногами, дало мне прекрасный вид на ее идеальную киску, истекающую соками, что явно свидетельствовало о ее возбуждении.
Я почувствовал, как растет мой член в штанах, когда я рассматривал взглядом ее совершенное тело. Я увидел, что не только ее киска практически истекает влагой, но и ее соски также полностью возбуждены и направлены прямо на меня.
— Посмотри на себя, твой рот говорит, что ты ненавидишь меня, но твое тело молит о моих прикосновениях.
Я начал дразнить ее, когда подошел ближе к ней и слегка провел пальцами одной руки от
Сын и мать (Танька. Часть ?7)