я о них думаю, и мой брат не отличается от этого образа, и даже частенько идеально в него вписывается.
Тем не менее, он был королем на поле.
Примерно в то же время, когда мой брат серьёзно занялся футболом, он начал посещать спортзал и следить за своим телом. Он довольно быстро набрал мышечную массу, и из парня нормального телосложения стал превращаться в молодого бычка.
Совершенно очевидно, что я, будучи подростком-геем, не мог этого не это заметить. Тем более, что Данил любил хвастать своим телом и успехами, которых он добился: он расхаживал по дому в одних трусах, подолгу крутился перед зеркалом, поигрывая растущими мышцами и любуясь собой. Одним словом, он начал реально меняться.
Хорошо помню тот день, когда он разогревался перед бегом, а я наблюдал за ним из окна. И тут я впервые осознал, что мой брат − просто обалденный самец. Я хотел понять, что со мной происходит. Быковатые футболисты не в моём вкусе, но как самцы они производят большое впечатление. Я стоял у окна за занавеской, смотрел на брата и инстинктивно легонько потирал свой член через штаны.
Когда до меня это дошло, мне стало страшно не на шутку. Вся правда состояла в том, что я начинал хотеть его, хотя он и был моим родным братом и, к тому же, придурком. Я смотрел, как он снимает футболку после тренировки и исподтишка любовался его телом, которое с каждым разом становилось всё эффектнее: мускулистыми руками, широкой выпуклой грудью, большими тёмно-коричневыми сосками и очень мужскими симпатичными зарослями вокруг них.
В первый раз, когда я мастурбировал, думая о своём брате, у меня было ужасное раскаяние. Мои оргазмы становились с каждым разом всё ярче, а мои раскаяния от этого становились ещё сильнее.
Жизнь брата вращалась вокруг тренировок, матчей, тренажёрных залов и поездок по выходным с друзьями. Наши отношения постепенно ослабевали. Мой брат часто приходил домой только переночевать, обычно очень уставший или «обдолбанный», так что мы могли только немного поболтать в тёмной комнате, прежде чем заснуть.
Чаще всего он говорил о тренировках, о том, какие мышцы он сейчас развивает и что должен делать дальше. Скука...
Вскоре, однако, вокруг брата начали околачиваться девицы, что для меня было совсем неудивительно. Ведь околоспортивных девушек довольно много, а у него даже была группа преданных поклонниц среднего и старшего школьного возраста, что-то вроде фан-группировки. Так что кроме разговоров на спортивные темы, брат также начал говорить о вечеринках и о том, кто из его товарищей по команде и сколько на них выпил, и сколько задниц оприходовал.
Некоторые из ночных рассказов моего брата были достойны того, чтобы их записать.
— Малой, помни, что если задница хочет, ты не должен пройти мимо неё. В последнее время я обслуживаю всех желающих, и их становится всё больше. Сегодня я был с двумя тёлками-малолетками. Одна моя фанатка и её подруга. Это было что-то...
Или же:
— Одна жопа пожаловалась сегодня, что ей, видите ли, больно, потому что у меня слишком большой...
И так далее, в том же духе.
Такие и подобные вещи я слышал каждую неделю перед сном. С одной стороны, я испытывал какое-то отвращение к своему брату, потому что не хотел, чтоб он превратился в обычного ёбаря. Но некоторые вещи иногда указывали на то, что в его голове, всё же, было нечто большее, чем у среднестатистического футболиста. С другой же стороны, меня всё это как-то странно будоражило.
Я ненавидел его «подвиги», но мечтал увидеть его в действии, и совсем не обязательно на футбольном поле.
Через какое-то время брат стал приглашать своих поклонниц домой, чаще всего
Виртуальный SEX