Отец уже подобрал свои инструменты для резьбы и выходил из кухни, направляясь в гараж, где он хранил свои инструменты и проекты. Мне пришлось спешно умыться и вернуться, чтобы помочь маме накрыть на стол.
* * *
Вот так это и случилось: в начале апреля того года, когда я застукал Фэй за траханьем, я стоял на крыльце старого дома мамы и папы и смотрел, как они медленно едут на своем новом доме по гравийной дороге к шоссе штата, проходящему в трех милях отсюда. Двенадцатиметровое чудовище, имело все известные человеку удобства, заключенные в его красиво оформленном интерьере, включая полноценный душ и кровать королевского размера. Они тащили за собой крошечную машину корейского производства, чтобы припарковать ее и осмотреть местные достопримечательности, города или что-то еще, что они решили сделать в этот день.
Когда они преодолели подъем в миле от дома и спустились по другой стороне, я вздохнул и вернулся в свой дом, хотя он больше не казался домом. Снаружи он казался типичным, изношенным фермерским домом, как и многие другие, построенные около 1930 года. Имея опыт работы в правоохранительных органах, отец решил не делать дом, который он построил для своей жены и сына, привлекательной мишенью для плохих парней всех мастей.
Внутри в доме было все. В гостиной доминировал 70-дюймовый 4K-телевизор, а папа установил лучшую звуковую систему домашнего кинотеатра, которую можно было купить за деньги. Мебель была большой, мягкой и удобной. Остальная часть дома, была обставлена в том же духе.
На задней стороне дома, папа построил большую деревянную палубу, с грилем и коптильней из местного камня, потому что они с мамой часто готовили барбекю. У нас был очень хороший бассейн, размером шесть на десять с половиной метров, достаточно глубокий с одного конца для ныряния и достаточно большой, чтобы мама могла делать круги, когда захочет. Мама была в команде по плаванию, когда училась в средней школе, и до сих пор любила плавать для тренировки.
* * *
Через несколько дней после их отъезда, я закончил с инвентаризацией всего, что было в доме, всего сельскохозяйственного оборудования и скота. У меня было четырнадцать лошадей, небольшое стадо из двадцати трех буйволов и сорока семи голов крупного рогатого скота (когда-то, по какой-то причине, дедушка мечтал устроить природный парк). Кроме того, на участке было содержимое обоих амбаров. Я начал распродавать все, что мог, кроме домашней утвари.
Первым был продан большой трактор John Deere, который я припарковал у ворот на шоссе штата. Я получил за него очень хорошую цену. Фактически, это была хорошая сделка для меня и для фермера, который его купил.
Я решил посмотреть, не смогу ли я продать все остальное таким же образом. Это сработало. Движение по этой дороге состояло из людей, которые зарабатывали на жизнь фермерством или ранчо, и если они не были на рынке, то знали кого-то, кто был на нем. Оборудование для ферм и ранчо, продавалось быстрыми темпами.
В мае - это было в пятницу - мне позвонили на домашний телефон. Сначала я подумал, что это мама, так как была ее очередь звонить.
— Привет! — сказал я. — Как дела?
— Добрый день. Это мистер Синглтари?
Это была не мама, и, кроме того, мне не понравился покровительственный тон голоса молодой женщины. Это звучало так, будто она делает мне одолжение, позволяя говорить с ней. Я использовал прием, которым пользовался мой отец, работая шерифом. Он часто использовал преувеличенный техасский акцент и прикидывался малообразованным, не слишком умным деревенщиной, когда допрашивал
Кристиночка