найти место для хранения их большого фургона, а затем они могли отправиться в путь. Тереза Каннингем, без моего ведома, повысила категорию их билетов до первого класса.
Тереза назначила себя опекуном Шэрон и меня, делая такие мелочи, как повышение класса билетов для моих мамы и папы. В общем, все, на что не хватало сил у Чарльза и Саманты, делала Тереза. Она на всех парах пронеслась через многих менеджеров среднего звена, в бизнес-организации Кинкейдов, не беря пленных. Она заставила трио юристов из штаб-квартиры Кинкейда работать над тем, чтобы аннотации всех смертей нашей группы, были отменены в системе - в любой системе, которую нужно было исправить.
Через полтора дня, у меня был новый телефон со всеми моими контактами, перезагруженными из облака, я снова был пилотом на хорошем счету у федерального правительства, мои водительские права на Аляске были продлены, мои банковские счета и кредитные карты были восстановлены. Я был в полном порядке.
Они договорились, что портные придут в номер и снимут мерки для полного комплекта одежды. Я немного поворчал. Во-первых, я мог заплатить за то, что нам нужно. Во-вторых, даже если бы мне не разрешили покупать вещи, я просто не видел особого смысла, в сшитых на заказ голубых джинсах и рубашках. Кроме того, мы с Шэрон собирались набрать несколько килограммов, теперь, когда мы не сжигали тонну калорий каждый день, поднимаясь по одной стороне горы и спускаясь по другой. Никто не обращал на меня особого внимания, но не обращали очень вежливо.
Тереза даже организовала для всей группы выживших, полное - подчеркнем слово "полное" - физическое обследование. Весь наш второй день в цивилизации, мы провели в больнице, где нам тыкали в каждую часть тела, измеряли, классифицировали, изучали и анализировали. В конце дня нам объявили, что мы чрезвычайно подтянуты и здоровы, о чем мы, в общем-то, уже знали. Это был последний раз, когда наша группа была вместе. После этого, все остальные отправились домой, чтобы вернуться к своей обычной жизни. Я отправился домой с Шэрон.
* * *
Мы с Шэрон ждали в аэропорту в двух креслах из жесткого пластика, держась за руки, тихо разговаривая и приятно потирая плечи. Я уверен, что никто не мог сказать, что мы влюблены - ну, может быть, это было немного очевидно. С другой стороны, нам было совершенно все равно, что подумают другие.
Мы находились в международном аэропорту Анкориджа, прилетев туда чартерным рейсом из Фэрбенкса, и ждали прилета матери Шэрон. Джудит Кинкейд с трудом добралась до Анкориджа. Корпоративный самолет ее мужа, был передан во временное пользование одному европейскому бизнесмену, поэтому он был недоступен, а все рейсы в этом направлении, были забиты до отказа.
В конце концов, она купила резервный билет в Майами и обратилась ко всем в зале ожидания с подтвержденным билетом на рейс до Сиэтла, предлагая десять тысяч долларов плюс билеты в любую точку мира любому, кто обменяется с ней билетами. Семья из шести человек из Галвестона приняла ее предложение и после короткого семейного совещания, была посажена на самолет в Калифорнию и Диснейленд, вместо Сиэтла по направлению к Аляске. Хороший выбор, на мой взгляд.
* * *
Самолет моей новой свекрови был здесь, по крайней мере, на асфальте. Прибытие было зафиксировано на мониторах, показывающих номера рейсов и назначение выходов на посадку. Я не мог дождаться - это было бы так здорово. Я изо всех сил старался, чтобы меня не тошнило.
Шэрон была занята, шепча мне на ухо, как я буду любить ее маму, и ее сестер, и ее брата тоже. Я увидел, как
Исполнение тайных желаний