У меня промелькнули воспоминания о той последней ночи.
– Был момент, после того как вернулся в номер, я стоял на балконе, и лунный свет отражался от океана, как серебристая дорожка. У меня возникло желание уйти по этой дорожке и никогда не возвращаться.
При этом воспоминании я вздохнул, а затем мысленно встряхнулся и кивнул:
– Это длилось всего мгновение. Я выбрал другой способ уйти из ее жизни, – и я посмотрел вниз на живописную долину, раскинувшуюся под фермерским домом.
Бетти обдумала мои слова:
– Вы все еще общаетесь со своей женой?
– Нет, в тот вечер она ясно дала понять, что я больше не являюсь частью ее жизни. Она сделала то, чего я всегда боялся: поменялась ради достижения своих целей.
– Ваша жена, это ведь Эли Мак, не так ли?
Я неохотно кивнул.
– Хотя, скорее всего, она – моя бывшая жена.
– Вы знаете, что она...?
– Нет, – перебил я. – Нет, не знаю и не хочу знать. Она приняла решение, что хочет убрать меня из своей жизни, так что, я ушел. Достаточно того, что мне приходится видеть ее фотографии, и уж точно я не хочу знать сплетни о ней.
Я сделал пару глубоких вдохов и указал на рукопись.
– Это – мой способ изгнать ее из своей жизни. Собрать все в одном месте и жить дальше. Превратить все в рассказ было единственным способом это завершить.
– Что ж, какова бы ни была причина, книга потенциально может быть очень хорошей и нуждается в публикации, – заметила Бетти.
– Так, что вы хотите от меня?
Бетти протянула мне рукопись:
– Есть несколько важных вопросов. Во-первых, книга чересчур длинная, по крайней мере, страниц на сто. Я отметила, где, по моему мнению, вы можете сделать сокращения. Хочу, чтобы вы внесли изменения и сокращения, которые я указала, а затем мы сможем приступить к настоящему редактированию.
Беглый взгляд на рукопись показал чертовски много красных пометок.
– Что еще?
– Найдите себе агента, а потом мой босс захочет обсудить сделку насчет издания.
Пит налил каждому из нас по бокалу вина, еще когда мы только сели за стол. Я воспользовался возможностью потягивать свое вино, пока решал, что делать. Это внезапно стало реальностью; я написал книгу больше для того, чтобы вычеркнуть Эли из своей жизни, чем для чего-либо еще. Именно тогда, когда закончил писать, я подумал о том, чтобы попытаться опубликовать ее самостоятельно.
Я спросил Пита:
– У тебя есть знакомые литературные агенты, потому что у меня их нет.
– Я – фермер, с чего мне знать литературных агентов?
– А я знаю, – нерешительно сказала Софи. – Мой кузен Генри, он – агент нескольких актеров. Думаю, у него есть также и пара писателей.
– Почему бы тебе не позвонить ему, милая, – предложил Пит.
Софи кивнула и достала из заднего кармана телефон. Она подошла к дальнему краю патио, чтобы позвонить ему.
Бетти села поудобнее и сказала:
– Если это сработает, то дайте ему шанс, а если нет, то я знаю несколько человек, с которыми могу вас познакомить.
Она порылась в сумочке и протянула мне пару визитных карточек.
– Вот эта – моя, а другая – визитка моего босса; пообещайте, что дадите нам первым права на книгу, и я все еще хочу продолжить ее редактирование.
Софи спросила:
– Бетти, как называется издательство, на которое вы работаете?
– «Хансон и сыновья», в Лондоне.
Софи передала информацию, а затем сказала мне:
– Может ли он приехать и поговорить с тобой? Он – в Тулузе и может быть здесь через пару часов.
С женой проституткой