за плитой корабельных перил. Я все еще стоял там с открытым ртом, глядя на это зрелище, когда сотрясающий взрыв достиг корабля, сильно врезавшись в меня.
Последнее, что я помню, это то, как меня подхватило, а затем швырнуло на несколько метров в кормовую переборку, прежде чем на меня опустилась темнота...
+++++++
Я попытался открыть глаза, но зрение не фокусировалось. Ощущение было, как от самого страшного похмелья в мире. Голова пульсировала, лицо казалось жестким. Наверное, кто-то поработал над моим телом кувалдой, даже волосы болели.
— Чертовски вовремя ты проснулся, ленивый ублюдок, — сказал кто-то, с густым шотландским акцентом.
Когда я повернул голову, мое зрение прояснилось. Мак сидел рядом со мной на стуле. Я лежал в кровати, но это точно была кровать не в моей крошечной каюте подрядчика. Я лежал на массивной кровати - комната была огромной, с картинами на стенах. Я даже увидел рояль, отражающийся в больших раздвижных стеклянных дверях патио, которые вели на балкон с видом на море.
Мак увидел мое замешательство и усмехнулся.
— Неплохо, Даррин? После твоего маленького трюка с техасским барбекю, пассажиры в королевском номере настояли, чтобы ты остался здесь, чтобы восстановиться. Они перешли в другую каюту.
— Я же говорил тебе - я не из Техаса. Хотя я умею готовить на гриле.
Я снова огляделся.
— Мак, это... я не знаю, что это такое. Мне просто повезло, вот и все.
Мак встал, потирая руки.
— Я бы предпочел быть хорошим, чем удачливым в любой день, Даррин, мой мальчик. Весь корабль только и говорит о том ковбойском подвиге, который ты совершил. Последнее, что я слышал, это то, что ты пил топливо, разжигая огонь из своей задницы, стреляя пламенем из своего затылка в этих чертовых пиратов.
Я попытался улыбнуться, но щеки горели от боли.
У Мака было торжественное выражение лица, когда он сказал.
— Серьезно, Даррин, этот поступок требует быстрого мышления, а также больших медных яиц, чтобы его подкрепить. — Мак снова сделал паузу, прежде чем улыбка вернулась на его лицо. — Этот подвиг был почти достоин Special Boat Service, так что не забивай себе голову. Я сказал "ПОЧТИ".
Я потрогал свое лицо, оно чертовски болело.
Мак начал расхаживать по комнате.
— Никогда не думал пригнуться в укрытие, Даррин? Мой инструктор говорил, чтобы быть уверенным в попадании в цель, стреляй первым, а потом называй целью все, во что ты попал.
Я попытался сесть в кровати.
— Мак, я думал, что мне конец, когда меня накрыло взрывом.
Мак схватил с комода зеркало и сунул его мне в лицо.
— Дурак, ты слишком уродлив, чтобы умереть.
Я задохнулась, поднеся руку к лицу, чтобы убедиться, что это действительно мое отражение в зеркале. Мои брови исчезли, а волосы были сожжены. На носу и губах была какая-то белая мазь. Остальная часть лица выглядела, как после сильного солнечного ожога. В довершение всего, левый глаз был опухшим, окольцованным тремя разными оттенками красного, фиолетового и желтого.
Как раз в этот момент из ванной вышла Зои, как всегда профессиональная в своей медицинской одежде, со стетоскопом на шее.
— Мак, я заставлю тебя уйти, если ты расстроишь моего пациента.
Затем Зои засунула мне в рот цифровой зонд, который был подключен к монитору. В то же время она надела манжету, измеряющую кровяное давление, на мой бицепс.
Мак проигнорировал Зои.
— У меня есть еще хорошие новости, Даррин. Поскольку корабль сбросил большую часть своего стандартного топлива, поджарив пиратов, ROYAL VIKING работает на нашем биотопливе уже большую часть двух дней. — Он встал и хлопнул в ладоши. — И работает отлично! Даже этот твердолобый главный инженер Нордски доволен!
на Ж/Д за кума тёщей.