желанием. Рука девушки запорхала между собственных ног - она догонялась натирая клитор. Мужчину это тоже стимулировало, и когда Наташа, вскрикивая и кончая стала волнами еще сильнее сдавливать его член внутри, он сразу в неё разрядился, уже больше с болью в натруженном члене нежели с удовольствием. Девушка грациозно соскользнула с него и растянулась рядом, сладко потягиваясь:
— Котик, тебе было хорошо? Мне так очень! Ты такой мишка! Прямо уф-ф-ф! - защебетала она, потрепав мужчину за дряблую щеку.
У Геннадия не было сил возмущаться и как-то реагировать.
— Котик, а ты на сколько дней? Можно я останусь с тобой сегодня? Мне так хорошо с тобой! Ты не против?
Геннадию нужно было домой. К тому же он не чувствовал в себе сил и желания оставаться с этой молодой ангелоподобной бестией:
— Солнышко, мне нужно будет сейчас уехать, то ты можешь чувствовать себя тут как дома – всё оплачено до завтра, до двенадцати.
— А когда ты вернешься?
— У меня еще встречи и я вернусь только утром.
— Отлично, тогда и позавтракаем?
— Да ты меня не жди, закажи что-нибудь себе сама из ресторана на счёт номера.
— Ой, а можно я сейчас закажу что-нибудь? А то что-то после ТАКОГО секса есть захотелось!
Геннадий понимал, что нужно расплачиваться, хотя и терялся в догадках, что закажет эта девушка сейчас в номер, ведь полчаса назад они вышли из ресторана, где она ни в чем себе не отказывала.
— Да, конечно, милая, бери всё, что пожелаешь.
***
Дома ждала не находившая себе места разгневанная жена. Она звонила трижды мужу относительно ужина, но тот так и не взял трубку. Раньше за ним такого не водилось, и она была взбешена: "совсем кобель совесть потерял, трахает там кого-то. Даже трубку не берет". Надо признать, что упрек про "трахает кого-то" был постоянным, но именно сегодня она попала с ним в точку. Геннадий чувствовал себя виноватым, поэтому не стал как обычно кричать и обвинять в ответ, просто полез с поцелуями. Лучший способ доказать, что не ходишь налево, это ублажить жену.
Жена неожиданно ответила. То ли переживания сказались, то ли другие мотивы. Но она встретила губы мужа мягким и сладким поцелуем, как в медовый месяц. Она тёрлась об его язык своим, обвив его шею руками, и прильнув к мужу своей крупной и мягкой грудью. Она вжалась в него, охватив ногами его бедро.
У Геннадия Андреевича вдруг всё всколыхнулось. Все же привычная борозда хороша сложившимися привычками. Как не был он измучен за сегодня, но член его почувствовал родное тело и болезненно напрягся.
Он, неловко поддерживая объятия и целуясь, провел жену в спальню и быстро раздевшись, завалился на неё сверху. Женщина ловко развела ноги и заправила член мужа во влажную теплую норку. Это был такой момент единения, какого между ними давно не было. И она хотела мужа не меньше, чем он - её сейчас.
В голове Геннадия вдруг стали происходили странные вещи. Зоинька, Лидия, Наташа, жена - все женщины за сегодня слились в его голове в один монструозный калейдоскопический образ. Груди, шеи, ноги, задницы, Раскрытые мокрые вагины, сменяющие одна другую. Он не мог понять где он и с кем сейчас. Все половые акты за день выстроились у него в один бесконечный непрекращающийся коитус. Кругом, в голове, были мягкие и податливые женские тела. Это уже было для него через чур.
«Зачем мне все это? Я уже старый, мне это всё уже не нужно, я уже ничего не хочу! Это им что-то всем от меня нужно!» - Снизошло на него откровение. «Мне не нужны все
Ночь у императора (фантазия на тему средневековья)