быстро нашел, то зачем лазил по грядкам. Огромный фиолетовый овощ правильной формы, загляденье и просто красавец! Минут сорок томительного ожидания и вот они заветные «ой, мамочки и глубже, ещё глубже Лёня, прошу!».
«Ну, с богом!» – сильно и настойчиво я постучал в дверь. Сердце просто вырывалось из груди. Рубикон пройден, назад пути нет.
— Минутку, - быстро набросив халат, тётя немножко приоткрыла дверь. – Саш, что случилось?
— Ничего не случилось, Люба. Вот, - я демонстративно покачал баклажаном перед её изумленным лицом. – Смотрите какого нового Лёню вам принес, великолепный экземпляр, не правда ли?
— Что происходит, Саш? – мгновенно округлившиеся глаза и широко открытый рот говорили о полном замешательстве.
— Вот и я хочу знать, что происходит, - воспользовавшись ее шоковым состоянием, я надавил на дверь и вошёл внутрь. – Почему ублажая себя гигантским баклажаном, вы представляете и зовёте моего отца?
— О-о...он тттеееббее, что-то рассказал? – ошарашенная тётя начала слегка заикаться.
— Нет, он мне ничего не говорил, а вот ты, Люба, сейчас мне всё расскажешь. Как на духу, без утайки, - впервые я обратился к тете на «ты». – На вот, выпей и присядь, от греха подальше, - налив из кувшина два стакана прохладного вина, протянул один остолбеневшей женщине. По роже я до сих пор не получил, за дверь не выставлен, значит всё идёт по плану.
— Это всё из-за того случая на юбилее? Ты думаешь, что я какая-то падшая и легкодоступная женщина? – залпом осушив стакан, она опустилась на скамейку.
— Не надо, пусть лежит, - пресёк попытку убрать с глаз, лежащий рядом и ещё влажный от её соков овощ. – Я не знаю, что мне думать, но очень надеюсь, что у тебя получится мне всё объяснить, - говорил достаточно уверенно, но слова давались с большим трудом.
— Саша, я не такая. Тогда все получилось совсем не так, как ты себе на придумывал. Да, я виновата, что позволила себе лишнего в плане алкоголя. За долгое время я впервые опять почувствовала себя женщиной. Один мужчина в возрасте уделял мне много внимания, можно сказать даже ухаживал. Я его никогда раньше не видела. Мы много танцевали, беседовали и смеялись. Но я не собиралась переходить черту, не было даже поцелуев не то, что секса. Только флирт, не более, - опустив голову, Люба оправдывалась виноватым голосом, было очевидно, что ей непривычно делиться откровенными воспоминаниями с племенником. – За временем совсем не уследила, перепила и тихо поднялась на второй этаж, уснула там в каком-то кресле. Зачем я так напилась, не знаю, - тётя начала немного всхлипывать. – Проснулась от непонятной возни рядом. Боже, так ужасно вспоминать! Он стоял надо мной со спущенными штанами и..., - на её глазах заблестели слёзы. – Я испугалась, всё было как во сне, не могла даже пошевелиться. Он меня всю забрызгал и, не сказав ни слова, развернулся и ушел. Наспех умылась и прочь из дома, не знаю, сколько бродила по округе, даже не помню, как добралась тогда домой. Ты мне веришь?
— Тёть Люб, успокоить. Конечно, я вам верю и сожалею о случившемся, - от этих переживаний и признаний мне самому стало не по себе, - но я спрашивал про другое, про отца.
— Что ты хочешь услышать? – взяв себя в руки, она налила очередной стакан.
— Всё и только правду.
— Я бы не и посмела тебе врать. Надеюсь, ты понимаешь то, что я расскажу, будет не очень приятно и правильно, особенно для твоих ушей, - тетя нервно осушила
Добрая фея