опавшим членом и продолжил дикую скачку. Осознавая ответственность момента, мой организм включил повышенную передачу, выкладываясь на двести процентов.
— Ладно-ладно убедил, - сладко развалившись от неги, Жасмин пальчиком собирала сперму и отправляла её в ротик.
— Саш, а ты стойкий оловянный солдатик, молодец! – Марина проделывала туже процедуру, но только со своей попкой. – Честно говоря, я даже на минутку усомнилась, правда. Но больше – никогда!
— Вы довольны, белые госпожи? А то мне ещё сад поливать, грядки полоть, воду носить да дрова колоть, может дадите часок другой дух перевести? – как мог я им подыгрывал, казалось бы мелочь, но не в этой ситуации.
— Хорошо, так и быть, живи пока что, - сестрёнки захохотали и, напялив шмотки, выскочили, как ветер.
Я даже чутка приуныл: «А что ты себе думал? Хуем налево, хуем направо и все тебе масленица? Нет, дружок - последствия! Все женщины собственницы и этого не изменить, так что теперь будешь как уж на сковородке – и белым и красным прислуживать», - разум бесновал. «Не гони беса, у меня всё под контролем, если прокатит, то мозг будет до осени отдыхать в сторонке», - член был явно не согласен и похоже прятал даже мне ещё непонятные козыри в рукаве.
*********************
На удивление, девчата сдержали своё слово и даже виду не подавали в течение всего дня, что они в курсе ситуации – те ещё актрисы! Я тоже вел себя абсолютно естественно, никак не выдавая волнение. А оно было и ещё какое! Неподъемный груз ответственности, неожиданно свалившийся на мои далеко не хрупкие плечи, заставил задуматься: а той ли мы дорогой топчем, командир? И только Люба была явно не в себе - постоянно краснела, потела, неуместно шутила, да и вообще вела себя как ребёнок, которому первый раз в жизни дали попробовать шоколад. Она тоже это понимала и пыталась найти выход в алкоголе, заливая в себя вино словно воду. Нам всем это очень не нравилось, но никто не решался ей об этом сказать. Так и прошла суббота, ну почти прошла. После сытного ужина, за которым мы с девчатами чуть себя сдерживали, чтобы не нагрубить распоясавшейся Любе, она появилась на моём пороге:
— Саш, как дела? Как настроение? – язык слегка заплетался, но она твердо стояла на ногах.
— Люба, что ты творишь? Зачем?! – мне не нравилось её поведение, даже было почему-то немного стыдно.
— А что я такого делаю? Саш, да не ссы, или испугался? – тётя смотрела на меня, с трудом фокусируя взгляд.
— Что ты хочешь? – я чувствовал себя ужасно не комфортно.
— Можно я к тебе ночью приду? – погрузив сразу два пальца в рот, она демонстративно их обсосала. – Только с дочками уладь вопрос, будь любезен, потому что ни-ни! – напилась она, как никогда.
— Бля, Люб, ну зачем так напиваться? Что не так?
— Саш, прости. Ты всё равно не поймёшь. Я теперь сама не своя, вся горю! Ты разбудил во мне пламя! И в тоже время, как только вижу тебя, вся теку, как сучка перед случкой. Задолбалась трусы мокрые менять, - не знаю как она это сделала, но эти слова прозвучали абсолютно трезвым голосом.
«Ах, ты хочешь поиграть, тогда играй по моим правилам!».
— Зачем ты хочешь ко мне прийти ночью?
— Саш, ну зачем ты?
— Отвечай!
— Вот зараза, хорошо. Хочу, чтобы ты меня приголубил и приласкал.
— Нет, не пойдёт, говори прямо, - я ходил по тонкому льду, но внутри был в себе уверен.
Ореховы. Глава 1 (Части 1 - 4)