ни души. Все по домам сидят. А то, что ты промокла, нам с тобой компенсируют. За зря, что ли, мы сюда из города тащились. - ответила дочери мать, снимая с плеча чёрную кожаную сумку, с которой всегда ходила на работу и доставая из неё бутылку водки " Белая Березка" пару одноразовых пластиковых стаканов, и закуску - нарезанный сыр с колбасой и чёрным хлебом в пакете.
— Давай по пять капель на грудь примем. Заодно погреемся, дочка. Пока наши с тобой кавалеры придут. У нас есть еще минут десять. - сказала Оле мамаша, разливая водку из бутылки по стаканам, налив в них немного, грамм по пятьдесят.
Мать не особо не пила. Так, только по праздникам. Да и то сухое вино. А тут у них целая бутылка водки на двоих. И это меня удивило, как и отца. Я на миг оторвался от дырки, поскольку в комнате под нами пока ничего интересного не происходило, повернул голову к папаше и пнул его тихонько ногой. У меня были серьезные опасения насчёт того, что отец психанёт, увидев, как его жена с дочкой в тайне от него пьёт водку. И он спуститься вниз на разборки и отберет у них бутылку.
Утром я сам слышал, как он на кухне просил у матери похмелиться, а она ему не дала. Сказала, что нет у неё выпивки. А тут внаглую пьет сама и ещё дочь спаивает.
Но, как оказалось, мои опасения были напрасными. Витёк аналогично повернул ко мне голову и прижал палец к губам. Мол, сиди тихо. Отец посмотрел на меня, покачал головой, показывая пальцем вниз: Смотри, сынок, что суки творят? И вновь припал глазом к своей дырке в желании подсмотреть за женой и взрослой дочкой.
Тоже самое сделал и я. Повернув голову обратно, осторожно, почти не дыша, припал к своей щели в стремлении узнать, что будет дальше? Ведь не бухать же, мать с Олей пришли на дачу, до которой было порядочное расстояние от нашего дома. Да ещё пошли в дождь, в грозу. И из их разговора было ясно, что они ждут, когда к ним на дачу придут. Их ебаря.
Хуй у меня стоял колом от сознания того, что я подсматриваю за матерью и старшей сестрой, лёжа над ними на потолке, буквально в нескольких метрах. Я вижу и слышу, что они делают и говорят. А мамаша с Олей и не подозревают, что мы с отцом находимся вместе с ними на даче.
— Я бы на твоём месте, Зоя, выгнала бы отца из дома. Надоело его перегар нюхать. Этот придурок Костя осенью в армию уйдет на два года. А ты за это время выгони своего алкаша мужа. Подай на развод и пусть катится к своей бляди, которая у него на заводе есть. - говорила матери Оля, назвав её по имени.
Они были подругами, мать и дочь, как мы с отцом. И моя старшая сестра запросто называла мамашу по имени. Или по отчеству. Витальевна.
Девушка курила сигарету, сидя за столом на стуле, положив ногу за ногу. Короткая джинсовая юбка, надетая на Оле в это утро задралась, и я видел у неё практически всю ляжку обтянутую чёрным капроном чулок, вплоть до кружевных резинок на конце чулка.
В это воскресное утро мать и дочь пришли на дачу нарядные. На маме Зое была надета блузка леопардовой раскраски. И белая приталенная юбка по колено. На юбке сзади имелся разрез, и он обнажал стройные ноги моей сорокалетней матери.
С любимым**