так, как сын должен поступать со своей матерью, и задержался там на мгновение, прежде чем отдернуть губы. Я начал целовать ее шею, медленно продвигаясь вниз к ее груди. Держа одну грудь в руке, я нежно целовал ее сосок снова и снова, прежде чем позволить моему языку раздвинуть губы. Я лизнул переднюю часть ее груди, скользя языком вокруг ее ареолы, а затем вокруг соска. Затем я взял ее сосок в рот и осторожно пососал его, в то время как мой язык упирался в плоть прямо под ним. Я почувствовал, как несколько капель ее теплого грудного молока попали мне в рот. На вкус он был сладким и густым. Я использовал вакуумное всасывание рта, чтобы втянуть еще больше плоти груди, и сильно пососал сосок моей матери.
Она прижимала мою голову к своей груди и издавала тихие стоны. «О, Кайл», — проворковала она. Она потянулась сзади, между ног и взяла в руку мой твердый член. Она нежно потерла его ласкающими движениями, пока я сосала ее.
Я быстро осушил ее левую грудь и перешел к правой. Она продолжала дразнить мое мужское достоинство, целовала меня в макушку, все еще тихо постанывая.
— Спасибо, — мягко сказала она, когда я оторвал голову от ее теперь уже опустевшей груди. Затем она схватила меня за голову и глубоко поцеловала. Я почувствовал, как ее язык проникает в мой рот. Я сомкнул губы над ее вытянутым языком и стал сосать его, одновременно проводя по нему своим языком. Я толкнул свои бедра в ее и почувствовал, как вхожу в ее теплую киску. Она обхватила мою ногу одной ногой и прижалась ко мне своими бедрами, заставляя мой член глубже проникнуть в нее.
Мы не сказали ни слова. Мы просто продолжали целоваться, как любовники, вращаясь взад и вперед в ритмичном движении. Я потянулся к ней сзади и крепко сжал ее задницу. Она сделала то же самое со мной и начала стонать мне в рот. Я убрал одну руку с ее задницы и просунул ей под живот, чтобы потереть ее клитор, от чего она застонала еще громче. Я почти полностью вытащил свой член из ее тугой киски, а затем глубоко втолкнул его обратно.
"Иисус Христос!" — простонала она, когда мы ускорили шаг. "Ммм! Ммм! Ммм!" Теперь в этом не было ничего страстного. Мы трахались как животные.
Я никогда не представлял, что буду заниматься сексом с собственной матерью, но тут мы оказались в крепких объятиях. В течение дня между нами было сильное сексуальное напряжение, которое достигло этого момента, и мне это нравилось.
Она оторвала свое лицо от моего. «Я так близко! Ммм! Не останавливайся! Ммм! Пожалуйста, не останавливайся!» — закричала она, сильно ударив меня своим тазом.
Я сам был довольно близко и трахал ее так сильно, как только мог. Я почувствовал, как быстро нарастает мой оргазм, и сделал три последних толчка, прежде чем погрузиться глубоко в нее.
"ГЯААААААААА!!!" — закричала она, когда потоки спермы собственного сына хлынули в нее. Ее киска сжалась вокруг моего члена, когда она испытывала волну удовольствия, нахлынувшую на нее. Она посмотрела мне в глаза, самым милым образом нахмурив брови. Ее рот был широко открыт, но с губ не сорвалось ни звука. Я прижался губами к ее рту, и мы глубоко поцеловались, переживая наши мощные оргазмы. Мы заснули в таком положении, крепко обняв друг друга.
Я проснулся в залитой солнцем комнате, один. Я встал и нашел маму на кухне, которая пекла блины на маленькой плите. Она все еще была полностью обнаженной и выглядела
Гермиона Грейнджер и развратный Хогвартс. Глава 1