Я думаю, что это был первый раз, когда я услышал, как моя мать сквернословит, но я мог понять это, учитывая обстоятельства. Я взял ее за лицо и повернул спиной, чтобы она посмотрела мне в глаза. Слезы катились по ее щекам, и ее зеленые глаза заблестели. Осознание того, что я сделал это с ней, было кинжалом в моей груди.
— Мама, послушай, ты не ужасная. Мне это тоже понравилось. Ты понятия не имеешь, как сильно я этого хотел. Ты не можешь чувствовать себя плохо из-за того, что никто не пострадал. Здесь не было жертв. Мы были просто двумя взрослыми, оставшимися наедине. Я думаю, что мы нуждались друг в друге.
— Мы могли бы посмотреть на это и таким образом. Если это только между нами, я думаю, это не повлияет ни на кого другого.
— Хорошо, так что перестань плакать. Все будет хорошо.
Я вытер ее слезы и откинул волосы с ее лица.
— Я люблю тебя, мама, и всегда буду любить.
— Я тоже тебя люблю.
Она наклонилась вперед, и я заключил ее в свои объятия, ее тело прижалось к моему. Она обняла меня так крепко, что я думал, она никогда не отпустит, но потом она отстранилась достаточно, чтобы посмотреть на меня снизу вверх.
— Ты не думаешь, что прошлой ночью это было неправильно, так что, если...
— Что, если что?
Она приблизила мои губы к своим и легко поцеловала меня.
— Что, если это случится снова?
— Ты уверена, что это то, чего ты хочешь?
На этот раз ничто во мне не хотело останавливаться. Я почувствовал, как мой член растет, думая о том, чтобы снова заняться с ней любовью.
— Это все, чего я хочу прямо сейчас.
Мы поцеловались, и она приоткрыла губы для моего языка. Наш поцелуй был таким же напряженным и неистовым, как и первый, который мы разделили прошлой ночью. Мамина потребность была очевидна, так же как я уверен, что она чувствовала мой голод по ней. Я прижал ее спиной к стойке и водил руками вверх и вниз по ее телу, ощущая ее мягкие изгибы сквозь одежду. Ее набухшие соски были такими твердыми, что я чувствовал их через два слоя, и когда я дразнил их, мама дрожала. Я поцеловал все ее лицо, ощущая вкус соленых слез, которые только что окрасили ее щеки, и двинулся вниз, чтобы поцеловать ее шею. Когда я прикусил ее сзади, она выдохнула мое имя и пощекотала языком мою шею.
— Тони, пожалуйста, отведи меня наверх, - выдохнула мама.
Я взял ее за руку и повел по задней лестнице из кухни на второй этаж. Недолго думая, я направился в свою комнату, но потом я оставил ее тащить меня к своей комнате. Я не знал, что я чувствовал по поводу секса с моей матерью в постели моих родителей, но в тот момент я был готов сделать все, что она хотела. Их кровать была огромной с балдахином, и мы стояли рядом с ней, прикасаясь друг к другу и целуясь.
Мама сделала шаг назад и стянула через голову свитер, а затем сняла лифчик. Ее груди были просто великолепны. Она заметила, что я пялюсь на ее грудь, и улыбнулась, сказав:
— Я рада, что ты одобряешь.
Если бы только она знала, сколько раз я фантазировал о том, чтобы оказаться в таком положении. Маме, похоже, нравилось выпендриваться передо мной, потому что она велела мне сесть на кровать, а затем устроила шоу, спустив джинсы с ног, оставив ее в розовых трусиках-бикини. Когда она обернулась, я не смог удержаться и схватил
Солнечный зайчик