запихивать свой член в меня, то и я могу заболеть. А мне этого не надо, - сказала чертовка в своё оправдание.
Теперь уже скривился я. Трахаться с Фэйт примерно так же безопасно, как хватать ядовитую змею голой рукой за хвост. Да и яда в чертовке столько, что любая змея удавится от зависти.
— Раз уж речь зашла о разборчивости, то что ты скажешь о Трэвисе? – стараюсь сменить тему.
— А что я должна о нём сказать? – замечая во взгляде Фэй искреннее недоумение.
— Может ты и не заметила, во что мне верится с трудом, но этот парень от тебя без ума.
— Он и так без него. Я здесь не при чём.
Младший сын Троя Трэвис положил глаз на чертовку сразу, как только её увидел. Сначала неуклюже и робко подкатывал к ней, думая, что я этого не замечаю, а потом где-то раздобыл смелости, и стал делать это чуть ли не в открытую. Я бы мог попытаться вправить ему мозги, и посоветовать держаться от Фэйт подальше, да только вряд ли он меня послушает. Судя по тому, что они всё ещё мило беседуют, и даже вместе катаются на лошадях, до секса дело пока не дошло. Если бы дошло, скрыть это было бы сложно. Глубокие шрамы на лице и других частях тела так быстро не заживают.
— Держись от него подальше, - советую я.
— Ревнуешь? – интересуется Фэйт с нахальной улыбкой.
— Просто не хочу, чтобы этот дурачок пострадал.
— А я хочу, чтобы ты прямо здесь и сейчас меня трахнул! Сделай всё так, как ты любишь: врежь мне посильнее, повали на землю и отдери так, чтобы я потом сидеть нормально не могла! – не столько попросила, сколько потребовала чертовка.
Я даже не сразу нашёл, что на это ответить. Нормальный человек, услышав такое предложение, покрутил бы пальцем у виска. Но я не был нормальным человеком, и не только потому, что путешествовал в обществе безумной психопатки, неоднократно пытавшейся убить меня.
— Во-первых, всё вышеперечисленное любишь ты. Меня от этого воротит. Во-вторых, я устал и хочу отдохнуть, - пытаюсь отказаться от столь “лестного” предложения.
— Да ладно тебе, Хорнер, не будь такой жадной сволочью! Сколько времени мы уже не трахались? Неделю? Две?
— Последний раз мы трахались три дня назад, - услужливо напоминаю я.
Чертовка нахмурилась.
— Ты что несёшь? Почему я этого не помню?
— Потому что слишком часто нюхаешь “рубиновую пыль”. Слезай с этой дряни, пока она не уничтожила твой мозг. Если, конечно, там ещё есть что уничтожать.
Фэйт морщится, словно от зубной боли, и явно хочет возразить. Но в итоге так ничего и не говорит, а просто недобро пялится на меня, по всей видимости, задумав какую-то гадость. Чертовка очень не любит, когда кто-то указывает на её ошибки. До встречи с ней я искренне верил, что безнадёжных людей не существует. Даже очень поганый человек может измениться. Верил я в это и сейчас. Изменилась и моя чертовка, да только назвать эти изменения позитивными я не могу.
До встречи со мной Фэйт была кровожадной безумной психопаткой. К сожалению, такой она и осталась. Но раньше она хотя бы не пыталась это скрывать, открыто демонстрируя своё истинное лицо. Путешествуя со мной, чертовка научилась держать себя в руках. Не знай я, что она собой представляет, сам бы поверил, что передо мной совершенно нормальный в плане психики человек. И это внушало тревогу. Фэйт оказалась достаточно сообразительной, чтобы на людях притворяться нормальной, но недостаточно адекватной, чтобы контролировать свою тягу к насилию и жестокости. Порой это проявлялось
Не принимайте близко к сердцу