— Ну, ты сама привела мне вторую жену. Считай, у нас медовый месяц.
— То есть за то, что у нас с тобой его не было, ты с этой решил наверстать вдвойне?
— Понимай, как знаешь, — пожала плечами Майя и дала ему один лист, — погляди вот.
— Вижу, — Михаэль подписал бумагу лёгким росчерком пера, — одного не пойму, почему именно её ты выбрала? Безвольная, услужливая. Я до сих пор не могу понять, женщина она или кукла.
— Это с тобой эта сука подчинённая, а среди других шестёрок она очень даже личность. Чуть что не по её, патлы выдерет без разговоров. Она ж, как женой твоей стала, так нашим мамашам и стучать перестали. Девка всех построила.
— Хитро. Так чего от меня надобно?
— Ребёнок. Время-то идёт. Ещё три года и мать заберёт меня. Сам же знаешь. Время идёт быстро. А теперь ты вообще перестал обращать на меня внимания.
— Моя любовь, ты ревнуешь?
— Мой ребенок должен быть первым.
— Майя, любовь моя, три года ты даже думать не хотела о спиногрызах, что же так поменяло твоё мнение.
— Хотя наш брак и фикция, но я так подумала, всё-таки с тобой лучше, чем вернуться в семью. Тут я хозяйка.
— А там раба. Да-да-да помню, — Зверь поднялся, обошёл стол и встал напротив жены и распустил её волосы цвета воронового крыла, зарылся лицом в них. Расстегнул пару пуговиц на её строгом платье, цвета сапфира, — вот только ты же меня не любишь, совсем. И трахаться со мной тебе в тягость.
— Я потерплю, — женщина дрогнула, но позволила расстегнуть платье до конца, стянуть и высвободить красивые, достаточно крупные и упругие груди из корсета. Она не носила нижнего платья.
Зверь подавил довольную улыбку. Майя ревновала его к Лотте.
Платье сапфирным цветком упало к ногам и жена покорно обошла мужчину, облокачивая его о стол. Расстегнула мужу брюки и приспустила на бёдрах. Вытащила напряжённый член и начала медленно, искушающе водить по нему пальчиками, довольная наблюдая, как он запрокидывал голову, дыша рвано и поверхностно.
Насладившись своим влиянием на мужчину, она прижалась лицом к его паху и языком начала водить вдоль окаменевшего ствола. Раскрыла и прихватила губами острую глянцевую головку, облизала её всю, будто леденец и, наконец, засосала почти до середины. Начала интенсивно водить головой туда-сюда. В какой-то момент засосала член полностью, и Зверь со стоном прижал её голову к своему паху, сливая семя.
Наконец, Майя встала, слегка недовольная. Она всегда не любила, что муж не сдерживался и всё же... она не успела сделать и трёх шагов, когда муж подхватил её на руки и уронил на диван. Сорвал панталоны, оставив только чулки, раздвинул ноги и будто впился в её тёмные, гладко выбритые лепестки губами.
Жена только молча дрогнула. А он, раздвинув налитые лепестки пальцами, языком начал входить в её сухое лоно, увлажняя его. Никакой реакции не было. Майя не реагировала на мужа. Для Зверя это всегда было очень больно. Жену он любил.
— Хватит, — выдохнула она, — сделай своё дело уже.
— Не выделывайся, а то на всю ночь растяну.
— К Лотте своей пойдёшь.
— Не выбешивай.
Он стянул с себя рубаху и брюки, встал над ней, приставил вздыбленный член к заветной дырочке и медленно ввёл в нее, наслаждаясь единением. Майя так и осталась с безразличным выражением лица. Только когда крупный ствол вошёл в неё полностью, зашипела, жмурясь.
Зверь же вышел почти полностью и вдруг мощным ударом вошёл полностью, со шлепком соединив их тела. Майя
Старые Крепости Семи Ветров