комсомолки Пересветовой. А она прям на собрании заявила, что вообще из комсомола уйдет. Ну, и отделалась устным выговором. Райкомовские были на собрании, она их напугала, типа, если выкидыш будет, засужу нафиг! Они и обосрались сразу.
— Ну, Галька всегда была заводной девкой. А кто у нее муж-то?
— Да фиг его знает. Мужик какой-то не местный. Лет 25 ему.
— А Гальке 16?
— Ага, - Леха задумался, потом сообщил. – Ваську Булкина из параллельного класса помнишь? Вот его с Нинкой Костроминой её родители в кровати спалили! Тоже было весело. Нинку мать сразу к гинекологу потащила, целку проверять. Вроде у них только обжиманцы да поцелуйчики были. Целку не порвали. Васька с Нинкой теперь только «по-пионерски» общаются, на расстоянии вытянутой руки.
Антон засмеялся.
— А у вас как там в ПТУ? – поинтересовался Лёха.
— Да у нас на потоке почти вся группа девчонки, только 6 парней, - вяло ответил Антон. – Пацаны, конечно, все из рабоче-крестьян.
— А?... - Лёха показал знаком на секс. – С этим как?
— Млиат, - хмыкнул Антон, вспомнив про случай с Лисой Алисой в аудитории. – Прям в классе трахаются.
— Да ну нах!
— Точно. Дверь забыли закрыть, а я зашел...
Лёха ошарашенно замолчал, широко раскрыв глаза.
— А в общаге, говорят, вообще все девки перетраханы по нескольку раз разными пацанами, - продолжил Антон. – У них там правило такое есть – девок-новичков по кругу пускать. Типа прописки.
— И ты?... – Лёха замолчал. – Тоже трахался?
Антон замялся.
— Ну, да или нет? – настаивал Лёха. – Скажи! Я никому не скажу! Ну?
Антон вздохнул.
— Тоха! Ты друг или портянка?
Раньше у Антона от Алексея никогда секретов не было. Они всю школу были вместе, сидели за одной партой, дружили, вместе кадрили девчонок. А тут...
— Ну, было дело, - чуть помявшись, ответил Антон. – Только не с ними, а на «Швейнике». Там девчонок много. Одна меня практически сама сняла...
Он вспомнил про Вику.
— Чуть старше меня на год. Еле от нее отделался. От неё такой тухляк шел, звиздец просто. Я потом чуть не сблевал.
— А вторая тоже постарше меня, и тоже на фабрике со мной работает. Она нормальная. Мы с ней до сих пор тусуемся.
— Врёшь! – не поверил Алексей. – Скажи, что врёшь!
Антон вспомнил про рисунок. Он сунул руку во внутренний карман куртки, достал листок, развернул.
— Смотри! – усмехнулся он. – Она сама нарисовала... Когда меня не было. Втюхалась в меня по самое не хочу!
Он посмотрел на товарища.
— Смотри, только никому!
— Могила, - подтвердил Алексей и снова завистливо вздохнул. – Везет тебе... А ты им в рот давал?
— Да ну тебя! – Антон слегка смутился. – Замотал, мля!
— Не, ну правда?
— Не давал, - нахмурился Антон. – В жопу эту, которая тухляком воняла, трахнул. А в рот не давал.
Алексей опять вздохнул и вдруг попросил:
— Тох, в общем, если там кто-то из девок... Ну, туда-сюда... Короче, если вдруг кто-то захочет потрахаться, ты меня имей ввиду, ладно?
Антон улыбнулся:
— Базара нет!
Они разбежались по домам.
Вечером, ровно к 20.00 он был у двери квартиры Людмилы Михайловны. У родителей Антон не отпрашивался, просто поставил в известность, что переночует у друзей. Мать сначала удивленно вскинулась, но отец положил ей руку на плечо и сказал за обоих:
— Вырос сын. Сам вон уже зарабатывает. Глядишь, скоро и невестой обзаведется.
Антон нажал кнопку звонка. Дверь сразу же открылась, словно она ждала его у порога.
— Заходи, - Людмила Михайловна встретила его в длинном
Практикант