стал превращаться в стержень, утолщаясь и вытягиваясь вперёд и вверх.
Тело его твердело, приобретая форму сплюснутого цилиндра, головка набухала, расширяясь в объёме, и на конце её проявилось отверстие семявыводного канала, который обозначился утолщением на нижней поверхности члена и быстро надулся, увеличивая свою толщину.
Достигнув сантиметров двадцати в длину, член резко напрягся, приподнимаясь вверх и раздуваясь, словно проверял свою боеготовность, а потом пошлёпал головкой парня по губам, призывая его рот открыться.
– Вот такого… среднего размера… думаю, будет достаточно, – сказала Маша прерывающимся голосом. Она часто дышала и была изрядно возбуждена.
Ру́ки футы крепко схватили голову молодого человека с боков, член прижался к приоткрытому рту и резким движением вошёл в него, дотянувшись сразу до глотки. Вторым рывком он преодолел узкое место и вошёл в пищевод до са́мого своего основания, затем плавно вышел и снова резко вошёл.
Похоже, Маша не настроена была играть, она просто наслаждалась теснотой пещеры, загоняя в неё свой орган резкими ударами. При этом она постоянно извлекала его из горла, выводя головку в рот, так что та при обратном движении продавливала глотательное отверстие, ласкаясь о его узкие края. Каждый такой толчок фута сопровождала сладострастным вскриком. Массивный стержень её напрягался в глубине, раздуваясь в стороны, и выстреливал порцию смазки, вязкими струйками стекающую вниз по пищеводу, которая попутно покрывала его стенки защитным слоем.
Крики футанари стали громче и злее. Движения ускорились, обретая звериную грубость. Она какое-то время вонзалась в парня, утробно рыча, а пото́м замерла, войдя в рот до са́мого основания и слегка отклонившись назад. Член её вздрагивал в Славкином горле, раздувался и приподнимался вверх, балансируя на грани оргазма, но фута всё длила и длила это граничное состояние, пока тело её не начало сотрясаться мелкой дрожью. И тогда она сделала одно резкое движение бёдрами и содрогнулась от блаженства, прогибаясь в спине. Ощущение вздувшейся трубочки, прижавшейся к языку, привело Славу в состояние восторженного предвкушения, пото́м через неё прошла мощная волна вибрации, и в горло юноши хлынули потоки нектара, отдавшиеся основательным толчком в стенки желудка и тут же наполнившие его волшебным теплом.
Парень чувствовал, как дрожит и раздувается проникшее ему в горло тело, выплёвывая из себя толстые струи, наслаждался этими ощущениями, и организм его постепенно охватывал запредельный кайф. Изображение перед глазами поплыло, сознание стало уносить в сладкую нирвану, тело покачнулось и отклонилось назад, теряя устойчивость. И только благодаря крепкому захвату футы он продолжал сидеть на коленях, выполняя роль благодарной ёмкости для её сока, отзывающейся мелкой дрожью на каждый выстрел.
Выплеснувшись до конца, Маша расслабилась, погрузившись в состояние блаженной релаксации, а когда через минутку отпустила молодого человека, между ног у неё вновь была обычная женская киска. Ну, разве что клитор продолжал выпирать между пушистыми губками сантиметра на полтора. Девушка придержала парня за плечи, чтобы тот не свалился, а потом затащила его на диван, укладывая на спину. Какое-то время она им любовалась, гладя ладонями по груди и животу. Пальцы её коснулись стоящего торчком мужского органа и крепко сжались на его стволе, тиская и покачивая. Мурлыкая от удовольствия, Маша склонилась к члену и лизнула его головку.
– Какой ты у меня твёрдый и вкусненький, – сказала она и хихикнула. – Как всегда дрыхнешь, а член стои́т. Какая прелесть! Ну, ладно, надо из спячки тебя выводить. Послужишь мне жеребцом, – добавила девушка и с довольной улыбкой на устах оседлала юношу. – Как всё-таки балдёжно на тебе скакать, никогда мне это не надоест.
Она опустилась, ложась сверху на вожделенное тело, улыбка её стала хищной, и одним хлёстким движением
случилось на рынке