Что я запомнил, так это то, что моя младшая сестра делала со мной все, что хотела, подбирала мне одежду, наряжала меня. Ей это нравилось. Я никогда ей не говорил, но мне это казалось довольно глупым.
«Давай сюда, сюда», - и она схватила меня за руку. «Ты разбит на куски».
«Да, я действительно так себя чувствую». Теперь мы были в ее комнате.
«Нет, кукла, ты весь из кусочков, и я должна собрать тебя воедино, а потом одеть....хорошо?»
«Просто дай мне минутку и дай мне привести себя в порядок».
Она смягчилась, и я пошел в свою комнату. Я думал об этом. Одеть меня. Мне двадцать. Ладно, посмотрим, в чем дело.
Я не торопился. Я принял душ. Когда я вернулся в ее комнату, она читала, но в то же время расхаживала взад-вперед. Она покраснела.
«Хорошо», - сказал я и сел на кровать.
«Ммм, сначала ты должен снять свою одежду».
«Что?»
«Ты разбит на куски, и я должна собрать тебя воедино».
Теперь я вспомнил, что был раздет до нижнего белья, когда все это началось.
«Я отвернусь».
Итак, я снял свою рубашку, носки, брюки, футболку, лег на кровать и сказал: «Ну вот, готово».
Она посмотрела на меня без улыбки, серьезным взглядом. «Я думаю, это не нормально».
«Что?» Сказал я.
«Ну, я так и думала, что ты будешь, знаешь, я сказала, сними свою одежду».
«Голый?!»
«Ну, ты же видел меня... верно?». Она снова покраснела. У нее был отличный план.
Я рассмеялся. «Так вот в чем дело».
«Нет. Нет, все просто прекрасно.»
На мне были боксеры, я почувствовал начало эрекции. Я посмотрел прямо на нее, встал и спустил их до лодыжек. Отшвырнул их через всю комнату. И откинулся на кровать, закинув руки за голову. «Та-дам».
Она сложила руки вместе. Но теперь моя эрекция была почти болезненной. Я не мог поверить в свое положение прямо сейчас, в то же время стараясь быть абсолютно беспечным. Глаза Лоры были большими, как блюдца, когда она подошла к кровати. Она сказала: «Хорошо, тогда мне нужно собрать тебя воедино».
Она даже собрала небольшой самодельный набор инструментов. «Черт возьми, ты работала над этим».
Она села на кровать и положила руку мне на живот. Очень естественно. Теперь я был удивлен естественностью ее прикосновений. На мгновение она взглянула вниз на моего маленького мальчика, который теперь уже не был таким маленьким. Она сказала: «Помнишь, как иногда я заходила в ванную, когда ты принимал ванну, когда мы были маленькими, и просила потрогать твою писечку, и ты мне позволял. Раньше я старалась делать это очень быстро, чтобы я могла прикоснуться к твоему пенису, когда он еще был мягким, до того, как он начал, гм, становиться твердым.»
«Я помню, ты раньше говорила мне, что любишь, когда все мягкое», - сказал я.
«Да, я начинаю думать, что теперь мне это нравится больше, когда жестко».
Я правильно расслышал?!
Во всяком случае, тогда она ко мне не прикоснулась, а села на кровать и взяла меня за руки. Каждый палец нужно было прикрепить, а руку - к запястью. Я хорошо это помнил. Она достала маленькие инструменты: отвертки, линейку, пилочки для ногтей, пластмассовые игрушечные приспособления. Она провела ладонями по моим пальцам. Построила мою руку, запястье, а затем локоть. Просунула руку в мою грудную впадину и повернула ее кругом. Затем мои пальцы ног, ступни, лодыжки, колени, наколенники. Ей это нравилось, она тяжело дышала, и вся горела. Когда она садилась в центре меня, я протягивал руку и нежно поглаживал ее спину, бедра, все, что было прямо там. Сначала она останавливала меня: «Ты куколка», - говорила она, ругая меня. Но через некоторое
Золушка