хвост. Ее голубые глаза загорались возбуждением, когда мы работали, и она была погружена в это с головой. Я начал задаваться вопросом, какой она была бы в постели. Затем я приказал себе притормозить. Мы же просто собирались пойти вместе на ужин.
— - -
Я вошел в свою квартиру и включил свет в гостиной. Тут же зазвонил телефон.
— Привет, - сказала я, зная, что это, должно быть, Артемида.
— И тебе привет. В чем дело?
Я рассказал ей о работе, а потом о том, что мы собираемся на День благодарения к телезвездам.
— Это мило. Я счастлив, что ты будешь не один. Но кто такие "мы"?
— Мы как пара.
— А, та симпатичная, в сексуальном нижнем белье.
Я рассмеялся и кивнул.
— Итак... Итак, вы двое становитесь одним целым?
— На предмет? – спросил я и рассмеялся.
Возможно, Артемида была старше, чем казалась.
— Ты знаешь, что я имею в виду. Вы двое начинаете встречаться?
Я сбросил зимнюю куртку и подошел к холодильнику за пивом.
— Забавно, мы говорили о свиданиях, - сказал я. - Я думаю, мы договорились, что можем попробовать это.
— Это мило, Кайл. Судя по тому, что ты мне рассказал, она, похоже, замечательный человек. Я рада за тебя.
— Честно?
— Абсолютно, - сказала она. - До тех пор, пока мы можем продолжать в том же духе.
— Мне бы этого хотелось.
— Замечательно, потому что сегодня вечером у меня есть маленький сюрприз.
— И что это? - спросил я.
Я услышала, как Артемида глубоко вздохнула.
— Мы хотим, чтобы ты разделся перед нами.
— Мы? С тобой кто-то есть?
— Это вторая часть сюрприза. Моя дочь здесь."
Мое сердце остановилось.
— Артемида, я не уверен насчет этого. Я имею в виду, что одно дело, когда два взрослых человека сходятся во мнении об эксгибиционизме и вуайеризме. Я не думаю, что мы нарушаем какие-либо законы. Но я не могу вовлекать в это ребенка. Это неправильно и абсолютно незаконно. Существуют законы, запрещающие любой секс с участием несовершеннолетних.
В трубке раздался искренний смех Артемиды.
— Кайл, ты такой милый. Да, моя дочь - это мой ребенок, но она не несовершеннолетняя. Ей больше 21 года, и она собирается учиться на последнем курсе колледжа. Как ты думаешь, сколько мне лет?"
Я так и не решил, сколько, по моему мнению, ей было лет. Ее голос точно не принадлежал двадцатилетней девушке. Но иметь дочь, которой, вероятно, было 20 или 21 год, означало бы, что ей около сорока или пятидесяти. Я не хочу ошибиться в возрасте.
— Э-э, я не знаю.
— Что ж, давайте оставим это на том, что я достаточно взрослая, чтобы иметь дочь, учащуюся в колледже, но все еще далека от получения социального обеспечения. Тебя это выводит из себя?
— Нет. Меня все это устраивает.
— Хорошо, - сказала Артемида, - ты разденешься для нас?
— Могу я с ней поговорить?
Я мог бы сказать, что Артемида прикрыла микрофон рукой, поскольку на заднем плане звучали приглушенные голоса.
— Привет, Кайл.
Голос был более молодой версией Артемиды. То же самое глубокое и сексуальное качество заставило мою кровь биться немного быстрее.
— Привет. Как тебя зовут?
— Ты можешь называть меня Дидо.
Смеясь, я сказал:
— Значит, твоя мать из греков, а ты из римлян.
Она хихикнула и сказала:
— Мы просто обе любим классику. Я тоже рада видеть, что ты это делаешь.
— Итак, тебя все это устраивает?
— Мама рассказывала мне о том, чем вы двое занимаетесь. Я думаю, это сексуально. Я хочу увидеть то, что увидит она.
— Тебе не кажется, что это извращенно?
— Боже, да. Это чертовски извращенно. В этом и заключается привлекательность. Я знаю,
Как меня сделали пидором.