руку и нежно обняла меня сзади за шею, пока мы целовались. Вместе мы удерживали поцелуй, пробуя на вкус губы друг друга и делая его длительным. Это был еще один долгий, нежный и сексуальный поцелуй, и я почувствовала еще одну волну возбуждения.
После того, как мы закончили наш поцелуй, я снова посмотрел на обнаженную киску Тины, протянул руку и коснулся ее там правой рукой, поместив кончик моего указательного пальца вдоль ее щели. Тина переместила свою левую руку и нежно удержала мою правую руку там, где она была, и посмотрела на меня. “Джейсон”, - сказала она. Я повернулся, чтобы посмотреть на нее, и она спросила: “Ты когда-нибудь трогаешь себя?”
“Нет”, - солгал я.
“Не правда”, - сказала Тина, слегка улыбнувшись, и продолжила: “Кэти сказала, что все парни трогают себя”.
“Не все парни”, - сказал я, возможно, не очень убедительно, и чувствуя себя очень неловко. Моя мать однажды застукала меня дрочащим, и ее реакция, наряду с лекцией, которую она мне прочитала, заставила меня очень устыдиться, хотя я делал это почти каждый день. Я отчасти надеялся, что Тина сменит тему.
“Ты уверен?” Спросила Тина, и ее глаза искали мои. Она действительно могла быть настойчивой, но я был в таком положении, что не хотел вставать и уходить, чтобы избежать ее расспросов.
Я не ответил, надеясь, что она потеряет интерес и оставит это, но Тина сказала: “Я делаю это”, добавив: “Иногда”.
Я был немного удивлен этим, но я решил признаться, хотя это была не та тема, которая меня устраивала, и я сказал, довольно неуклюже: “Хорошо. Я, гм, иногда делаю это, чтобы успокоиться.” Тина выглядела очень довольной, услышав это.
“Это приятно?” Спросила Тина.
“Да”, - сказал я, улыбаясь вопросу, “Вот почему люди это делают”.
“Как долго ты этим занимаешься?” - спросила она.
“Не могу вспомнить”, - ответил я в ответ, “целую вечность”.
“Ты кончаешь?” Спросила Тина, теперь немного более нетерпеливо. Я посмотрел на ее киску, все еще обнаженную и выставленную напоказ, все еще держа на ней свою руку, удерживаемую там ее собственной рукой, и на мгновение я подумал, как сильно я хотел бы подрочить себе до оргазма в этот самый момент, глядя на нее вот так, вдыхая ее аромат там, внизу, и я просто кивнул. Мне было неловко обсуждать оргазм, но Тина спросила меня, поэтому я кивнул и сказал: “Да”. Тогда я должен был тоже узнать. “А как насчет тебя?” - Спросил я, оглядываясь на нее.
“В последнее время, - начала она, - я кончаю, но не тогда, когда начинала”. Она использовала свою левую руку, чтобы моя правая рука немного сильнее прижалась к ее щели, и она сказала: “Когда я впервые начала это делать, это было действительно приятно”. Она посмотрела мне в глаза, чтобы подчеркнуть, и сказала: “Я имею в виду, действительно хорошо, но чем лучше у меня это получалось, тем лучше я начинала чувствовать, понимаешь?” Она перевела дыхание и продолжила: “И последние пару месяцев, когда я занимаюсь этим, я, казалось, просто взрывалась от этого действительно хорошего чувства, и я знала, что кончаю”.
У меня пересохло во рту и в горле. Мне пришлось сглотнуть, прежде чем я смог заговорить. “Я никогда не знал, что девушки делают это, пока парень в школе не сказал мне”. Затем я улыбнулся. Я ничего не мог с этим поделать.
“Девушки все делают правильно”, - Тина тоже улыбнулась. Моя правая рука чувствовала тепло и влагу от ее киски.
“У меня есть идея”, - сказала Тина, теперь немного серьезно, “Если я потрогаю себя и позволю тебе смотреть, ты позволишь мне
Наш