он, маленькая шлюха, твой спусковой крючок, - словно сквозь плотную вату, донёсся до моего слуха подзуживающий голос Лексы. - Не думай о боли, расслабься и впусти его внутрь... почувствуй, как он до предела растягивает твою дырку, и как безумно тебе это нравится!
Тактильное и обонятельное наслаждение тесно переплелось с лихорадочным возбуждением, и эти чувства заставили боль отступить... закрутив всё в тугой узел нервной дрожи...Триггер, которого мне не хватало, чтобы перейти через грань, щёлкнул глубоко во влагалище и - одновременно - в моём сознании, задействовав эмоциональный переключатель "боль/удовольствие".
Таран Ричарда воткнулся так глубоко в нетерпеливую дырку, как только мог, и я наконец взорвалась во всепоглощающем оргазме.
Сотни электрических сигналов мгновенно понеслись от вибрирующей пизды вверх по позвоночнику, ударяясь молниями разрядов в задравшиеся к потолку твердокаменные соски, обжигающе стеганув, словно ударом кнута, по звенящему клитору и рассыпаясь ослепительным фейерверком наслаждения в перевозбуждённом мозгу.
Гинекологическое кресло превратилось в моих ощущениях в электрический стул. Выгибающееся тело пронизывали накатывающие лавиной, сталкивающиеся друг о друга и взрывающиеся вспышками оргазмические импульсы, пальцы рук и ног судорожно скрючивались и разжимались, зубы лязгали, отбивая мелкую дрожь, а голова моталась из стороны в сторону, разбрызгивая капли пота и надувая шейные жилы.
Я КОНЧАЛА. Кончала ЖЁСТКО и БЕССТЫДНО. ОРАЛА И КОНЧАЛА, сжигая нервы и отдавая ВСЮ СЕБЯ, ДО ДОНЫШКА ДУШИ, величайшему наслаждению, какое я ВПЕРВЫЕ испытывала в своей юной жизни.
Огромный фаллос не вошёл полностью внутрь меня, и его яйцам ещё было далеко до того, чтобы упереться в мою задницу, но это было всё, что я могла вынести.
Крепко сжав ладонями грудь и припечатав меня к спинке кресла, Ричард отстранялся и обрушивался вниз, скользил назад и снова долбил, раз за разом, со всей мощью, пока я приглушённо выла из-под прижатых к лицу стрингов и, сотрясаясь, бешено фонтанировала изнутри на его член.
— Да, детка, ВОТ ТАК! КОНЧИ ДЛЯ МЕНЯ, Бекка! Дрочи своей пиздой его член! Нюхай эти трусы, оближи их и КОНЧАЙ ТАК СИЛЬНО, КАК ТОЛЬКО МОЖЕШЬ! - темпераментно выкрикивала она непристойные слова, которые ещё больше срывали пружину моего возбуждения.
Мои внутренние чувства были перегружены звуками, вылетающими из грязного рта Лексы и чавкающими звуками моей спазмирующей киски, помноженными на вдыхаемый аромат мокрых трусиков Нат и ощущения полного блаженства от моей максимально растянутой мокрощёлки.
Я кончала, как мне показалось, не меньше пяти минут, судорожно подёргиваясь, мотая головой, корчась и воя, с трудом переводя дыхание и снова взвизгивая от смеси удовольствия и боли. Лишь когда оргазмическая дрожь, сотрясавшая мои мускулы, начала понемногу утихать, я смогла, сквозь облепившие глаза мокрые пряди волос и капли пота, струящиеся со лба, сфокусировать свой взгляд и бросить его на экран.
Всё это время Ричард, не щадя сил, продолжал вонзаться своим аномальным хером внутрь, упорно разнашивая моё бедное девичье влагалище. И я увидела...
Натёртые, покрасневшие большие губы, покрытые моими выделениями, слоем спермы от предыдущих ёбарей и пузырящейся белой пеной, взбитой из этой смеси снующим взад и вперёд дрыном Ричарда...
Распухшие в два раза и размочаленные до состояния сырого фарша внутренние губки, жёстко вминающиеся внутрь и вновь вытягивающиеся наружу бордовым конусом, вслед за движениями безжалостного члена...
Сиськи, все в алых отпечатках от ладоней и пальцев, грубо их месивших и сжимавших; одеревеневшие торчащие соски, мокрые от капающих трусиков Натали и моей собственной слюны, после их яростного облизывания...
Всё это вместе выглядело... ПРОСТО ПОТРЯСАЮЩЕ.
В отличие от остальных, он на мгновение напряжённо замер перед тем, как извергнуться, а затем с утробным рыком дёрнулся вперёд, одним отчаянно мощным рывком войдя в меня на всю длину, и его яйца, наконец,
Первый опыт...