всегда любила. Я знаю, что тебе нравится Сесилия. Все, о чем я прошу, это шанс. Я хочу быть в твоем списке. Я знаю, что еще слишком рано, но если ты позволишь мне, я сделаю тебя таким безумно счастливым, что ты забудешь, что был женат на этой шлюхе-изменщице.
Я заставил ее замолчать поцелуем.
— Я люблю тебя, Элли. И всегда любил. Ты была как что-то, что ты видишь вдалеке. Ты думаешь, что это удивительно и прекрасно, и тебе хочется, чтобы это было твоим, но ты знаешь, что этого никогда не будет, поэтому ты просто гонишь мечту прочь. Ты уверена в этом, Котенок? Ты никогда не была похожа на тех, кто "рожает детей". Боже, ты как удивительная кошка из джунглей. Ты любуешься ею за забором, но знаешь, что она разорвет тебя в клочья, если ты приблизишься.
Она начала плакать. Я был потрясен. Никогда не видел, чтобы она плакала за все годы, что я ее знаю.
— Я знаю, что я такая, — задыхалась она. — Я должна была быть такой. Единственный мужчина, которого я когда-либо хотела, был тем, кого я не могла иметь. Для тебя, я могу быть кем угодно. Я могу быть той кошкой из джунглей, но ты никогда не увидишь моих когтей. Ты увидишь только любовь, доверие и преданность. Я буду твоей кошкой из джунглей. Клянусь, Эрик, если ты дашь мне шанс, ты никогда об этом не пожалеешь.
— Я верю тебе, детка, — сказал я ей. — Я никогда не видел, чтобы ты причиняла боль тем, кого любишь. Я доверяю тебе. Давай пойдем дальше и посмотрим, что произойдет, хорошо? Ты будешь ходить со мной на свидания? Я забыл, как это должно происходить. Я никогда не думал, что мне снова понадобится знать.
— Я знаю, — прошептала она. — Не волнуйся. Я буду хорошо заботиться о тебе. Завтра днем у меня встреча за городом, но я свободна, действительно свободна, как только вернусь.
Я думал, что полностью измотан, полностью выжат, но она доказала, что я ошибался в пять тридцать утра. Я проснулся от невероятных ощущений, когда эти сочные губы двигались вверх и вниз по члену, который был очень удивлен, обнаружив себя твердым, как железный прут, и она показала мне, насколько она спортивна, проскакав на мне через два своих оргазма и один мой. Мы вместе приняли душ, и я помчался домой переодеваться.
Оливия вошла, когда я уже уходил, и посмотрела на меня.
— Папа, мне нужно сегодня вечером с тобой поговорить, — сказала она.
— Хорошо, детка, — поцеловал я ее в щеку.
Я взял свой рогалик и отправился в путь. Работа была немного сюрреалистичной, когда Эллисон вошла, и у меня в памяти всплыли воспоминания о том, как ее твердая, упругая попка двигалась вверх-вниз на моем члене, пока она говорила. Она наклонилась, чтобы взять чашку кофе, и, должно быть, прочитала мои мысли. Оглянувшись через плечо, она улыбнулась мне и сексуально покачала попкой.
— Продолжай так думать, большой мальчик, и когда я вернусь, мы закроем дверь, и ты сможешь трахнуть меня через свой стол, — сказала она.
— Господи, Элли, — я выглянул за дверь. — Марла тебя услышит!
К счастью, моего администратора не было за ее столом. После ухода Эллисон работа шла довольно буднично, и я ушел в четыре тридцать. Я был измотан и хотел поскорее вздремнуть. Оливия как раз вернулась домой, когда я вошел, и она пошла переодеваться. В дверь позвонили, и когда я открыл ее, там стояла Сесилия. Она ворвалась внутрь, обняла меня и
Исповедь дрянного мальчишки. Часть 6.