из сумочки расческу и принялась с каким-то остервенением раздирать свои волнистые пряди.
— Свет, чё опять не так?! – озадачился Максим. Похоже, сумятица с поисками билета, была для него давно позабыта, но только не для его подружки.
— Да всё, блять! – от души возмутилась блондинка и огласила целый плей-лист претензий. - То в клубе на хвост упадёшь - деньги, видите ли, он дома забыл, то ему трахаться без гандонов подавай, то вот сейчас билет чуть ли не в пердь засунул!
Забавная парочка. Я нажал на плеере кнопку «стоп».
— Да ладно, не пыли. При чём тут вообще гандоны, ты же на таблетках!
Светлана стрельнула в него испепеляющим взглядом, потом зыркнула на меня, снизила тон, изливая наболевшее:
— На таблетках?! И что!? На хуя было кончать в меня вчера у Эдика на даче, говорила же в рот возьму!
— Ну, извини, не удержался, – примирительно заявил Максим и попытался сменить тему. – Между прочим, Эдик говорит, что у них не дача, а коттедж.
Не помогло. Светлана зашипела, как плевок на раскалённой сковородке.
— Коттедж, бля! Уёбище, а не коттедж: воды нет, ни подмыться, ни подтереться, в сортир через весь участок по сугробам скакать.
— Светик, не заводись. Ты же умница, справилась ведь - трусами подтёрлась, – Максим улыбался, очевидно, припомнив пикантность момента.
— Ну не снегом же твою кончу вытирать, – блондинка сбавила темп и, подпустив в голос кокетства, напомнила: - Кстати, ты обещал мне, новые трусики купить.
— Мало ли что я на тебе обещал, - хохотнул Максим, припомнив фразу из анекдота.
— Ах, ты! – Света вновь вспыхнула и потянулась через стол ткнуть Максима кулачком в грудь.
Но тот, перехватив её замах, заверил:
– Да, шучу я, шучу. Базара нет, обещал, значит куплю. - Однако, решив, что бесполезных трат можно было и избежать, выказал недовольство. - На хера было вообще их выкидывать? Сунула бы в карман, выстирала потом, а то по весне родаки Эдика найдут на участке твои труселя и будут его прессовать, что девок водит.
— Да мне по хуй на него. Пусть радуется, что вообще дала.
«Эта белобрысая фря запросто мозг выест», - я не питал приязни к вздорным, спесивым девицам.
Между тем вагон постепенно наполнялся пассажирами. Волоча по проходу здоровенный полосатый баул «а ля мечта оккупанта», в купе завернула невзрачная тётка лет сорока:
— Помогите сумку на третью полку закинуть, - попросила она, переведя дыхание.
Рундук под моей полкой был практически пуст, и я предложил ей лучший вариант. Пристраивая тяжеленный баул вниз, убедился в своём предположении, что дама везёт на продажу текстильный карго местного производства: постельку, женские халаты, мужские трусы.
Следом за женщиной в купе заявился, слегка поддатый, мужичонка в форменной одежде охранника. Не дожидаясь отправления поезда, он забрался на верхнюю полку надо мной и до самой Москвы не подавал признаков жизни.
Участвуя в благоустройстве соседки по купе, я на некоторое время отвлёкся от дел молодёжи. А Светлана между тем перелистнула страницу претензий и теперь «сверлила» Максиму мозг, за то, что он не изучил маршрут их завтрашней столичной логистики. Тот лениво отбрёхивался:
— Утром на вокзале разберёмся. На крайняк, у Игорька всё схвачено.
Судя по разговору, они заочно учились в каком-то коммерческом институте и время от времени пересекались во время сессий и в клубах Иваново.
Это был период в жизни страны, когда молодое поколение, невзирая на способности и жизненные перспективы, тотально озаботилось высшим образованием. Парни из поммастеров подались в манагеры и юристы. Девочки фабричные принялись изучать логопедию и макроэкономику. Коммерческие ВУЗы с цветистыми названиями и пустопорожними дипломами обсыпали периферию, как
А все могло пойти по другому сценарию.