— И какая реакция? На мою толстую сраку ещё у кого-то может вставать?
А мне и проверять не надо, и без того знаю, что стоит. Да так стоит, что с жопы шкуру тянет до теска. Потому и не соврал ни капли, сказал чистую правду
— Ещё как стоит, аж в глазах темно.
Так это же ясно. Когда кровь от головы отливает в головку, мозги перестают работать от слова совсем и организм руководствуется командами спинного мозга. А у того одна проблема - кому-то засадить и размножиться. А тёща хмыкнула непонятно что, спрашивает
— И что? Раз на мамку встал, так может и чпокать будешь? Ты уж если сказал А, так будь добр иди до конца алфавита. Подержался за жопу, так теперь за титьки подержись. Говоришь, жопа моя нравится?
— Очень!
— Ты ещё титьки мои не щупал.
И майку сняла. Титьки и вывалились наружу. Что сказать? Тут не говорить, тут ловить их надо, а то, ежели такое богачество упадёт, так такая жаль будет. Я и поймал их в свои загребущие руки.
Да уж. По сравнению с титечками жены, это просто коровье вымя в самый разгар лактации. Наша Марта, помню, давала по ведру молока в каждую дойку. Если подюрмыгать тёщины титьки, удой навряд ли меньше будет. Подойник точно до края наберётся. Да уж, не в мать пошла моя жена, не в мать. В отца вся. Тот тоже маленький, тощенький, зашуганный какой-то. С такой женой из гвардии Одина будешь шуганным. Будешь ходить и оглядываться, своей собственной тени бояться. Такая жена рыкнет и всё, трусы меняй и сам подмывайся. Наверное от такой жизни и сбежал тесть, переехав на постоянную квартиру на Новостроевском кладбище. Или просто неуёмный сексуальный голод тёщи довёл мужа до цугундера. Попробуй продери такой срандель. Семь потов сойдёт, а ей всё мало. А может я сам себе чего-то нафантазировал и тёща вовсе не такая, вовсе обычная женщина и потребности её в ебле не превышают статистической погрешности. Как там у Твардовского: Не послужишь - не узнаешь...Так и тут. Не попробуешь, так и нечего мозги себе засирать.
А тёще-то нравится, как я её титьки тискаю. Стоит, тащится ещё и задом об меня трётся. А чего тереться? Не тереться надо, а зятю давать. Вон какая готовность. Прям часовой у Мавзолея. Стоит, не шевельнётся.
Видать у тёщи возникли сходные с моими мысли, потому что расстегнула юбку, перед этим мимоходом смахнув со своих тите мои руки, стянула её вместе с остальной одеждой в виде колготок и трусов, скомандовала
— Ты что, так и будешь стоять истуканом? Быстро разделся. Посмотрю, чем мамочку порадовать сможешь.
И прямо через штаны пощупала, чем же её будут радовать. И помогла стянуть с меня штаны. Да как помогла. Рванула так, что молния сама вжикнула, расстёгиваясь и штаны сами по себе упали вниз, осталось лишь вышагнуть из них. А тёща, справившись со штанами, подтолкнула меня к столу, подмышки подхватила и -Ап! - я уже сижу на столе, а она сидит на стулочке передо мной и конец в руках крутит - вертит.
— А что? Вполне достойно. Я-то думала, чем ты мою дочь радуешь? А оно вона что. Достойно, весьма достойно. Люська-то тебе сосёт? Мужикам нравится, когда сосут. Я и своему, царство ему небесное, тоже сосала, радовала его, баловала. Правда супротив твоего у него так вовсе маленький был. А у тебя очень даже приличный. Дай-ка его сюда, на вкус попробую.
И попробовала. Не врала тёща, когда говорила, что сосала у покойного тестя. Может через хуй всю силу и
Трое