Многие из вас не поверят в эту историю, но это ожидаемо. Ваша вера и не нужна. А вот что необходимо, так это душевный покой, который я получаю, рассказывая ее. Я обращусь к началу, это всегда хорошее место для начала повествования. Не к началу моей человеческой жизни, а к началу моей жизни как существа Силы.
Все началось с того, что вечером накануне своего девятнадцатилетия я смертельно заболел. Это случилось внезапно во время третьего урока. Сначала жар и озноб, потом желудок начал бурлить, и, наконец, появились боли в мышцах. К обеду мне стало так плохо, что я ушел из школы раньше.
Мама была обеспокоена, когда привезла меня домой, и пыталась заставить меня выпить немного Gatorade, но я проигнорировал ее, спотыкаясь, вошел в свою комнату, бросил сумку и упал на кровать. Не заботясь о покрывале, я вырубился в лихорадочном и тревожном сне. В течение ночи я несколько раз ненадолго просыпался. Сначала от нежных маминых рук, положивших мне на лоб прохладную ткань. Позже я проснулся в холодном поту, мои мышцы сводило судорогой, а голова болела — тупо тошнотворно пульсировала. Это была самая ужасная ночь в моей жизни.
Болезнь заставляла меня, то погружаться в глубокий сон, то выходить из него. Всё это время мне снился один и тот же сон, повторяющийся снова и снова. Я обнаружил себя сидящим со скрещенными ногами в туманном и размытом мире, который обретал четкость и фокус по мере повторения сна. Я сидел в кругу мужчин всех возрастов и из всех времен. В группе были представители всех эпох человечества. Сверху и сзади нас окружали монолитные камни, установленные для того, чтобы удерживать и использовать. Для чего именно, я не знал, но чувствовал, что этот лихорадочный сон в некотором смысле правдивее, чем моя собственная реальность. И это смущало меня так же, как и вас. За пределами камней был край ничего и начало всего. Я был самым молодым и последним среди этого братства.
То, что сначала было бессвязным бормотанием размытых фигур людей вокруг меня, превратилось в слова примитивного языка, а время во сне, казалось, тянулось бесконечно. По мере того как ночь близилась к утру, а моя лихорадка усиливалась, тело сотрясалось от боли и чередования горячего и холодного пота, странный язык начал обретать смысл. Как только рассвет забрезжил над горизонтом и миновал момент моего рождения, сон повторился, но на этот раз в резкой форме.
Мужчина, сидевший слева от меня, и выглядевший как типичный бизнесмен эпохи пятидесятых, повернулся ко мне с трезвым выражением лица и заговорил торопливым отрывистым тоном:
— Сила теперь твоя, тренируй ее. Расти ее, тренируй, для тех дней, когда тебя призовут действовать.
Затем мужчина рядом с ним, выглядевший как щеголеватый житель Нью-Йорка из ревущих двадцатых, произнес:
— Собери свой гарем и добейся для себя неуязвимого положения. Наш древний Враг бушует.
Остальные в кругу кивнули.
Далеко внизу древний человек с длинной седой бородой заговорил ломким голосом:
— Твои дни впереди будут наполнены чудесами и излишествами, но также необходима умеренность. Ты должен сохранять бдительность в отношении Его агентов. Некоторые из нас здесь поддались на их ловушки. Целые эпохи были потеряны из-за влияния Врага.
Старик посмотрел на группу оборванных и нищих мужчин. У них были впалые и затененные глаза наркоманов. Слабость и стыд окрасили лица каждого из них.
В дальнем конце круга, прямо напротив меня, маленький чернокожий мужчина, чья голова была покрыта густыми белыми дредами, заговорил, почти шепотом.
— Обращайся к нам за советом во время полнолуния.
Он сделал паузу. Казалось, что для того, чтобы говорить, ему потребовалось много
Павел