взгляд дозволительным, хоть выпирающие сквозь ткань пухлые валики половых губ - так называемая верблюжья лапка - так приятны глазу.
— Ладно, шучу я, это же хорошо, если у тебя в Москве есть с кем, - недосказанное она заменила недвусмысленным хулиганским жестом, - ну в смысле, ты понял.
На лице Ольги зиял самодовольный румянец, ей оказалось очень приятно вызвать ревность у бесстыжей мокрощелки. Скучный день снова потянулся своим чередом на участке пола между диваном и столиком. Родные обедали, потом поуютней разместились на диване, чтобы посмотреть фильм или свежие новости. Было ясно, что ближайшие дни карантин не закончится и регулярные полицейские патрули вокруг гольяновского пруда были тому серьезнейшим подтверждением. В положенное время мать покормила сына ужином собственного приготовления и снова они заняли места на скрипучем, местами продавленном диване. Бездействие утомляло. Однообразие изоляции нарушил очередной звонок телефона. Ольга с тревожным взглядом пересела за столик, чтобы теперь присутствие сына не вызвало недопонимания, заправила свои длинные, черные волосы за плечи, вытянула руку с телефоном и с подчеркнутой любезностью ответила на входящий видеозвонок.
— Привет, я в Москве, - начала разговор Оля и при этом судорожно искала свободной рукой свои спутанные наушники.
Пожалуй, в наушниках она могла бы скрыть суть разговора от сына, но ее собеседник не был из числа терпеливых мужчин.
— Малышка, какого хрена?! Я тебя всю ночь прождал! Ты же обещала у меня зависнуть до конца выходных, я нам роскошный такой траходром приготовил!
— Малыш, я не могу, правда, - Ольга обратила виноватый взгляд на сына, но прекратить разговор было не в ее власти, - нас же всех в Москве заперли, правда-правда.
Было заметно, как Ольга ограничена присутствием сына, иначе она сумела бы оправдаться, возможно, и способом бесстыдницы Алины. Уж ее бюст оказал бы куда более сильное впечатление и, пожалуй, мог повлиять на рассерженного мужчину.
— Да, я в курсе про самоизоляцию, - вдруг голос кавалера смягчился и речь направилась в другое русло, - наш фитнес-клуб закрыли временно, а нас, тренеров, распустили на удаленку с сохранением заработной платы. Администраторы только будут по графику дежурить. А ты что, не одна? Оль, ты с кем сейчас?
— Все, встретимся на работе.
Ольга задумчиво смотрела на погасший экран, удерживая смартфон обеими вытянутыми руками. Молчала она несколько долгих секунд и в конце концов медленно подняла на сына виноватые глаза:
— Папе не надо рассказывать. Хорошо? – Выдавила она унизительную просьбу.
Олег вынужденно кивнул, теперь многое ему стало понятно: и настоящая причина ее нетерпеливого желания уехать из Москвы, и вспыхнувшее подозрение отца, и его оскорбительный тон вчерашнего разговора. Ольга закинула ногу на ногу и оперлась обеими локтями на край стола. Возникла неудобная тишина, произошедшее буквально выбило землю у нее из-под ног.
— Надо что-то с этим делать… - она нервно постукивала пальцами о столешницу, - я здесь долго не протяну…
Олег молчал, своим эгоистичным и страстным желанием вчера, вероятно, он где-то на небесах нарушил мамины планы, какими бы греховными они ни были. Да и узнавать ее личные тайны оказалось делом не из приятных. Измена отцу – явление предосудительное, но такая энергичная и полная сил женщина, очевидно, никогда не была чужда удовольствию временами свернуть с ровной дорожки для здорового секса с симпатичными ей партнерами. И случилось это не в первый раз, был теперь уверен Олег.
— Здесь есть турник и гантели… - Олег с юной наивностью пытался убедить мамочку, что протянуть здесь все-таки можно, - пробежку можно на лестничной клетке устроить…
Бог любви