— Понял, Макс, у тебя матушка уже совсем старая! – Лена не могла упустить случая поехидничать. – Скоро положим ее с бабушкой на соседнюю койку в больнице и будем им супчики носить!
Выговорившись, она потянула за шнурок на шее, чтобы вернуть широкополую шляпу на голову. Лена выгнулась, промяла обеими руками поясницу и приступила к работе, ее результат действительно радовал взгляд. Без лишнего стеснения она стянула сзади трусики, чтобы половинки могли впитать побольше солнечного света и, окажись у нее в распоряжении стринги, она без сомнения щеголяла бы в них. Сама того не подозревая, негодница стимулировала производительность свою и племянника, тот с быстротой молнии уносил два тяжелых ведра к сараю и также быстро возвращался, чтобы подольше собирать с земли свежевыкопанные, еще сыроватые клубни.
Валерия все-таки уступила – провалить уборочную компанию было бы еще страшнее – она отвернулась, расстегнула джинсы и уже пропитанные потом, с большим трудом стащила их с разгоряченного тела. Сразу стало легче, даже незначительный ветерок приятно холодил распаленную кожу. Женщина распустила сорочку и, удовольствовавшись ее длиной – край с трудом закрывал ее нижнее белье – продолжила работу. Производительность труда заметно возросла и Лера осталась довольной собой, очередное ее решение пошло на пользу общему делу.
— Проходи, проходи, на меня не смотри! – Рявкнула она на сына.
Лера сама выбрала это проходное место и Макс продолжит шустрить мимо нее еще не один десяток раз. Он вернулся, схватил на этот раз ее аккуратно наполненные ведра и больше не брался за лопату – женщины прекрасно справлялись с рыхлой, мягкой землей и ему только нужно было успевать переносить заполненные ведра из одного конца огорода в другой. Да и прямо сказать, он не особенно рассматривал мамин силуэт - ее белые ноги хоть и были по-женски привлекательны, но самое сокровенное и объемистое было скрыто под ее рубашкой. Зато тетя баловала его зрелищем, когда Макс приближался, она будто нарочно стягивала ткань трусиков, обнажая бледные участки ягодиц, и при наклонах не скругляла спину, а прогибалась как кошечка.
— Все, ребята, перерыв! Давайте покушаем! – Повысила голос Валерия.
Несмотря на заметное отставание, она осознавала за собой управленческую функцию, как-никак, матери обещание давала именно она. Лена задрала голову, позволив шляпке свалиться за спину, и рассмотрела жгучее солнце – спорить здесь было бесполезно, перерыв им нужен. Однако, она даже не подумала присоединиться к сестре, вместо этого она дошла до конца участка, пролезла сквозь прореху в заборе и скрылась в лесной гуще.
— Не обращай внимания, она всегда так странно себя ведет, - с преувеличенным дружелюбием сообщила Валерия сыну.
Женщина грузно присела на деревянный порожек в тени дома, закрыла от удовольствия глаза и сделала несколько глубоких вдохов. Если посмотреть, сколько работы было выполнено, при том, что усталость уже давала о себе знать, уверенность могла пошатнуться у любого, но не у Валерии. Она сомкнула свои голые ноги, стряхнула усталость и принялась раскладывать на застеленный газетой участок крылечка нехитрый походный обед. В новых обстоятельствах она совершенно не стыдилась своего вида и постепенно голые белые ноги заняли именно то неприличное положение, которое было удобно именно им. Усталость брала свое. Макс наскоро расправился с обедом и энергично поднялся. Без объяснений он покинул маму, остаток перерыва можно употребить на исследование местности, а мама…она слишком тщательно пережевывала сухую еду, чтобы успеть возразить, и слишком одета, чтобы удержать его внимание, даже верхние пуговички сорочки были так непреклонны, что не позволяли выхватить взглядом даже ложбинку между объемистыми грудями. Только ее голые ноги и были ему
Твоя экзекуция. Колибри