ты обспускался раньше времени. Тогда я и решила, весь этот разговор, на сегодняшнюю ночь оставить. Что скажешь, сынуля?
Я сидел рядом, с опавшим членом в маминой руке и не знал, что ответить... но умница мама, решила всё за меня.
— Мы должны с тобой договориться, всё что произойдёт, в этой комнате – тайна для всех, которую нельзя озвучивать, ни где и ни когда. Вот видишь, сама сопротивляясь этому, изо всех сил, я приняла доводы своей подруги. И согласилась с ними, а потому я сейчас, преподам тебе первый урок, раздевайся!
Пока я снимал трусы, мама стянула комбинацию, оставшись абсолютно голой, легла на спину и пальцем указала мне, чтобы прилёг рядом.
— Понимаешь, Саша то, что мы будем делать – это очень греховно и осуждаемо людьми, но я люблю тебя, как единственного сына и готова пойти, на эту жертву. Наверное, в последствии, ты будешь осуждать меня, может быть, возненавидишь… - и на щеках мамы, заблестели две дорожки из слёз. Она беззвучно плакала, отвернув от меня лицо.
— Мамочка, родная, - я придвинулся, обнял её и начал целовать плечи. – Дороже и любимее человека, чем ты, у меня нет. Я пойду, постелю матрац на полу.
Мама ничего не ответила, продолжая плакать и я рывком сел на диване, но тут же был повален обратно, крепкой маминой рукой. Она повернула ко мне, своё заплаканное лицо, которое я начал с нежностью целовать: щёки, с солоноватым вкусом слёз, носик, подбородок и конечно же, полные, мягкие губы. Мы слились в долгом, крепком поцелуе и мама, тесно прижавшись ко мне, всем телом, оторвала губы и стала лихорадочно шептать:
— Сашенька, хороший мой, Сашенька, любимый, - и всё сильнее и сильнее вдавливалась в моё тело грудью, животиком и волосатым бугорком. Я опустил голову, взял губами сосок и начал его облизывать и сосать, а мама закрыла глаза, откинулась на подушку и сладко постанывала. Пробежавшись с поцелуями по животику и поиграв языком с пупком, я опустил голову, между приветливо распахнутых ножек. Взялся за мамины ляжки и воткнувшись носом в дырочку, стал лизать толстые волосатые губы.
— Выше, выше, - шептала мама, обняв меня рукою, за затылок и направляя, к торчащему крупной фасолинкой, клитору. Я схватил его губами, как голодный ребёнок соску и стал яростно засасывать, а мама тем временем, извивалась попой по простыне и стонала. Вдруг её тело замерло и мне в рот, выделилась жидкость, очень необычная на вкус и запах, часть я проглотил, остальное стекало, по промежности и попе, даже на диван. Мама тихонько взвыла и затряслась, прижимая мою голову к пизде.
А хуй мой, тем временем, готов был взорваться в каждую минуту. Но я старался думать, о чём-нибудь отвлеченном, чтобы этого не произошло. Поняв, что уже пора, я оторвался от маминой пизды, залез между широко расставленных ножек и стал тыкаться дубинкой, куда-то... не попадая и злясь. Мама открыла глаза, взяла член рукою и направила его, к желанной дырочке, так, что мне оставалось, только засунуть. Через мгновение, я был внутри мокрого, жаркого, как печка, влагалища и начал подниматься и опускаться на маме. А она, обхватив меня руками за задницу, подавалась навстречу, тряслась и стонала:
— Сашенька, хорошо-то как! Я такого, не испытывала уже лет пять, а вот пришлось с сыночком любимым... Сашенька, золотко моё, быстрее!!
Я начал долбить, как отбойный молоток и через мгновение, река спермы, ударила в маму и мощным потоком, омывая глубоко внутри, бархатные стенки. Мама вновь замычала и затряслась, как в припадке... Схватила моё
Dog Show