На мне была маска, выполненная в виде американского флага, красного, белого и синего цветов, с большой желтой звездой прямо посередине лба, вся из блестящего материала. Вместо колготок я надел свой китайское кимоно. которое выглядело как платье. Я надел его, потому что он никогда не смог бы точно сказать, где находятся мои ноги, а это очень важно для бойца-нокаутера. Оно было темно-синим.
Когда он представил меня, я сделал два сальто назад, закончившихся полным сплитом, продвинутым сет-ходом. Они хотели шоу, и я бы устроил им шоу.
Мы встретились для традиционного приветствия в центре ринга. Я протянул ему руку, но он проигнорировал ее.
Прежде чем судья понял, что происходит, я взял протянутую руку и схватил его за затылок, притягивая к себе для поцелуя. Когда я это сделал, я улыбнулся.
— Это было для Иоланды. Скажи ей, что мне понравилась прошлая ночь, и я отдам ей десять песо после боя.
Иоланда была его старшей дочерью, слывшей очень покладистой. Я никогда не встречался с ней, но он этого не знал. Если я хотел, чтобы он разозлился, это сработало. Понадобился рефери Диего и двое его помощников на ринге, чтобы загнать его обратно в угол.
Мне стыдно говорить, что я хотел унизить его, поэтому я устроил небольшое шоу.
Карлос был большим, злобным и обманчиво быстрым. Мы немного потанцевали, и я несколько раз пнул его по правому бедру. Это замедлило бы его и сделало бы слабее, когда он попробовал бы свои приемы. По опыту я знал, что следующие несколько дней он будет ходить медленно и с трудом. У меня было несколько возможностей нокаутировать его, и толпа это знала. Нас обоих освистывали.
Он рухнул на свой табурет, задыхаясь, после второго раунда. Я отказался садиться, вытирая себя. Я облокотился на канаты со скучающим видом. После второго раунда мой угловой понял, что я делаю, и протянул мне газету. Я притворился, что читаю, не обращая внимания на то, что было вокруг меня. Это привело толпу в бешенство.
Он впал в отчаяние, а я стал беспечен, и ему удалось сбить меня с ног в третьем раунде. Какое-то время там была довольно тяжелая борьба, но я вырвался. Позже я слышал, что он сказал, что это все равно что пытаться удержать змею. Люди не должны уметь так двигаться.
Я начал сожалеть о том, что выпендривался, когда он нанес мне сильный удар по яйцам после перерыва. Конечно, я был начеку, и он не попал в цель, но все равно было чертовски больно. К его чести, судья увидел это и остановил раунд, предупредив Карлоса.
Я схватил микрофон, который диктор небрежно положил поверх канатов в нейтральном углу.
— Леди, джентльмены, друзья. Я уважаю своего противника. Он храбро сражался. Но пришло время покончить с этим. Я готов остановиться прямо сейчас. Мы назовем это ничьей и забудем о деньгах.
Я получил аплодисменты от многих за свой жест и свист от многих, кто хотел видеть меня побежденным. Карлос сердито отказался.
Тогда пришло время покончить с этим.
Когда раунд возобновился, я не торопился, выжидая удобного случая. Он взял у меня урок, целясь ногами мне в бедро. Попав один раз, от этого должен был остаться синяк. Он снова попытался ударить ногой, и я схватил его за ногу, выводя из равновесия и переворачивая. Он попытался откатиться, и я упал ему на спину, заехав коленом в почку. Вся толпа услышала этот удар.
Я обнял его рукой за шею, перевернул на себя, обхватил ногами для опоры и начал давить. Он не мог дотянуться до меня, хотя и бился изо всех сил,
Игра с другом на желание