смотрел. Затем Филипп спросил, по-прежнему ли я считаю, что Даг выглядит великолепно. Я должна была признать, что это не так. Его тело было более дряблым, чем я себе представляла, а пенис казался необычно маленьким по сравнению с его общим размером. Потом Филипп спросил, интересно ли мне?
— Ты о чем? – спросила я.
Он просто указал на другую электронную папку на рабочем столе. Там было написано "Еще?" Мне стало любопытно, и я открыла его.
— Новый обнаженный мужчина появился в полном цвете. Это был Филипп. Он стоял, скрестив руки на груди, и просто смотрел в камеру. Должно быть, он воспользовался таймером, чтобы сфотографироваться. Я была шокирована не только тем фактом, что он это сделал, но и его телом - оно было намного лучше, чем у Дуга. У Филиппа была отличная мускулатура, узкая талия, невероятные ноги и руки, а также гораздо большая интимная часть тела. Я спросил, подправил ли он какую-либо часть этой картины или улучшил определенные области. Он заверил меня, что это не так. Затем я поместил две фотографии рядом для сравнения. Это было еще более удивительно. Филипп гораздо больше походил на спортсмена, чем Дуг, и был гораздо сексуальнее. Я расспросил его о его телосложении, и он признался, что много тренируется с отягощениями дома. Я сказала ему, что он выглядит очень красивым. Он покраснел. Было странно, что он мог показать мне свою фотографию обнаженным и не выглядеть смущенным, но комплимент заставил его покраснеть.
— Затем я спросила его, есть ли у него еще какие-нибудь сюрпризы, которые он хотел бы мне показать. Он сказал "нет", но он действительно хотел добавить еще одну фотографию - мою. Я сказала ему, что он, должно быть, сумасшедший, но он настаивал.
— Послушай, у меня здесь камера, мы одни в комнате. Это займет всего секунду, - рассуждал он.
— А что, если кто-нибудь войдет?
— Не бери в голову, зачем мне это делать?
Я оттолкнула его в ответ.
— Я запру дверь, так что никто не войдет. И еще потому, что я хочу тебя видеть. Я думаю, ты прекрасна, и я хочу сфотографировать тебя обнаженной.
— Конечно, чтобы ты мог показать всем своим друзьям и хорошенько посмеяться над самой плоскогрудой девочкой в выпускном классе?
Я начинала раздражаться.
— Во-первых, у меня нет друзей, которым я мог бы это показать. Во-вторых, даже если бы я это сделал, я бы никогда так с тобой не поступил. В-третьих, я не думаю, что ты плоская, я думаю, что ты красивая. Мне бы очень понравилось увидеть тебя обнаженной.
— Филипп, я так не думаю. Кроме того, ты все еще не назвал мне ни одной веской причины сделать это, - сказала я.
— Потому что ты этого хочешь, - вот и все, что было прозвучало с его стороны.
Гвен должна была признать, что мысль о том, чтобы раздеться перед ним, была мрачно возбуждающей, идея раздеться догола в школьной комнате была озорной и дразнящей, а то, что кто-то сфотографировал ее обнаженной, действительно имело похотливую привлекательность.
— Я не знаю, Филипп. Боже, если бы кто-нибудь когда-нибудь увидел...
— Никто, кроме нас, никогда этого не увидит, даю тебе слово, Гвен.
— Я не знаю, - это было все, что смогла ответить Гвен.
Филипп встал и потянул Гвен за руку. Он подвел ее к внутренней стене комнаты, чтобы никто, заглянувший внутрь, не мог этого увидеть. Он подошел и запер дверь. Затем он вернулся к Гвен и снял с нее свитер, который был свободно завязан у нее на шее. Он сложил его и положил на стул,
Милая Наташка