Впрочем, ни грамма недовольства не видно на ёё лице. Привстаю на локте, привлекаю ее к себе за талию и целую. Член со шлепком вырывается из машиной киски, оставля за собой потек мутной жидкости.
Недолго думая, заправляю его, уже мягковатый, но еще не упавший совсем, в Юлю. Продолжаю ее целовать, а член, почувствовав новую киску, уже снова твердый, будто и не кончал я только что.
Пытаюсь перевернуть девушку под себя, но сил нет, а она сопротивляется. Борется со мной, расставив ноги вокруг меня и насаживается в позе наездницы.
Похоже, борьба только заводит ее. Перестаю сопротивляться, опускаю руку и тру ее клитор. Юля, схватив себя за сосок правой рукой, терзает его, лицо искажено гримасой удовольствия.
Буквально через несколько минут бешеной скачки она падает мне на грудь и сотрясается в оргазме. Гораздо тише, чем Маша, да еще и больно укусив меня за плечо.
Я в этот раз кончить не успеваю.
Лежим втроем, в каюте, на яхте. На когда-то белоснежных простынях, сейчас мокрых от пота. Я и две прекрасных обнаженных девушки. Я в раю.
Потом мы купались, ели разогретую в микроволновке пиццу. снова бесились в воде, снова трахались, в основном по очереди, но и один раз - все вместе.
Теперь уже только в каюте. Разве что Маша попросила трахнуть ее так же как Юлю, у штурвала. Чтож, это было не менее прекрасно.
На закате яхта возвращалась в марину, я стоял у штурвала, негромко тарахтели моторы, а две прекрасных девушки стояли слева и справа от меня, обнимая за талию.
Заходящее солнце золотило верхушки мачт и окрашивало небо в невероятные цвета.
Моя семья